Вся забота о младенце легла на плечи Тараса и пожилой бабушки Ганны. Но малыш плохо ел, часто плакал и не мог успокоиться. Врач, приехавший осмотреть ребёнка, предположил, что у него непереносимость коровьего молока, и посоветовал найти специальную смесь, максимально приближенную по составу к грудному молоку.
Тарас не знал, где достать такое питание. В отчаянии он обратился за помощью к Марии.
Мария была полностью поглощена своей дочкой — позднее материнство стало для неё настоящим счастьем. Смерть Александры её почти не тронула.
О мальчике она даже не вспоминала, хотя его тоже назвали Тарасом — так хотела Александра ещё при жизни.
— Мария, прошу тебя, накорми ребёнка… Ему же умирать нельзя! У тебя ведь молока много…
— Не стану. Он мне никто.
— Ну покорми хоть раз… Мария…
— Нет!
Женщина оставалась непреклонной.
— Он же погибнет!
— Пусть погибает! Мне-то что?
— Мария… пожалей его… Слышишь, как он захлёбывается от плача?
— Не буду я кормить сына Александры!
— Но ведь он и мой тоже!
— Вот именно поэтому — не буду!
Мария ушла в комнату к дочке и с силой закрыла за собой дверь.
Тарас ещё несколько раз приходил к ней с ребёнком на руках. Но женщина оставалась холодной и непреклонной.
Маленький Тарасик кричал без остановки день напролёт. От постоянного плача он ослабел настолько, что уже едва пищал. За эти дни он сильно исхудал — родился-то небольшим, а теперь совсем истощал.
Бабушка Ганна не вмешивалась в происходящее. Она понимала Марию и надеялась только на то, что Тарасу удастся растопить сердце жены. Жалко было малыша до слёз.
Тарас сам не выдерживал — плакал вместе с сыном от бессилия. Даже козье молоко оказалось бесполезным — организм ребёнка его тоже отвергал.
Когда малыш уже еле дышал от слабости, в комнату вошла Мария:
— Давай сюда этого подкидыша…
Тарас даже не сразу поверил своим ушам. Он вскочил и протянул ей младенца:
— Мария…
— До чего довели парня! Совсем исхудал…
Она приложила мальчика к груди. Ребёнок тихо пискнул и тут же начал сосать с жадностью.
«Слава Богу», — прошептала бабушка Ганна у себя в комнате со слезами на глазах.
Так получилось, что Мария стала кормить сразу двоих детей. Мальчик быстро пошёл на поправку и вскоре даже перегнал сестру по весу и росту.
Судьба распорядилась так: у Марии оказалось двое детей вместо одного — хотя она даже об этом никогда не мечтала.
Женщины в деревне судачили: кто сочувствовал Марии или Александре, кто осуждал их семью за всё произошедшее… А дети тем временем росли — ведь детская работа такая: расти несмотря ни на что.
Бабушка Ганна успела порадоваться за малышей перед смертью: она ушла тихо во сне, когда детям исполнилось по шесть лет — именно так она всегда хотела уйти из жизни.
Марта была вылитая мать: рыжая девочка с веснушками; а Тарасик пошёл весь в отца — тёмные волосы, крупное телосложение и яркая внешность. Добрый мальчик полюбил Марию всем сердцем и звал её мамой.
Сначала женщина противилась этому слову из его уст… но потом махнула рукой: конечно мама… Кто же ещё ему мать? Она ведь выкормила его своим молоком…
Старший Тарас души не чаял в своих младших детях; тех старших он так нежно никогда не лелеял…
Он ушёл из жизни неожиданно: крепкий мужчина мог бы жить долго… но видимо тромб оборвал всё внезапно… Детям тогда было по пятнадцать лет…
Мария до сих пор живёт в той же деревне. Постарела немного… но чувствует себя бодро…
Марта переехала в городскую квартиру… А Тарас остался рядом с матерью. Женился… Привёл жену под отчий кров… И теперь место бабушки Ганны заняла сама Мария…
Тарас работает… Весь пошёл в старшего Тараса: высокий красавец-мужчина… А жена у него миниатюрная да мягкая душой – зовут её Оксанка…
Они почти подряд родили троих детей – двух сыновей и дочку… Дом строить собираются – пока только планы…
Тарасу известна вся история своего рождения – он поставил красивый памятник маме Александре и отцу Тарасу… А Марию любит нежно – помогает ей во всём как родной сын…
Люди говорили разное – осуждали или сочувствовали… чего только ни пересказывали друг другу… Но всё это давно прошло – растаяло как снег весной…
А сейчас есть семья – настоящая… где растут трое замечательных детей…
И жизнь продолжается – а это ведь самое важное!