Большинство из вас меня знает.
Она активировала проектор, и на экране один за другим начали появляться графики, таблицы и планы развития. Всё было изложено чётко, по существу. Боковым зрением она заметила, как Богдан ерзал в кресле — то бледнея, то заливаясь краской.
— И напоследок, — Ганна выделила красным маркером отстающий проект, — «Фортуна» значительно выбивается из установленного графика. Богдан, это ведь ваша зона ответственности?
Он вздрогнул так резко, будто его ударили:
— Д-да… но…
— Жду от вас полный отчет с объяснением причин задержки. Завтра к девяти утра он должен лежать у меня на столе. И приложите план по стабилизации ситуации.
— Но это нереально! Там нужно провести анализ…
— К девяти утра, Богдан. Или вы считаете это задание непосильным?
По залу прокатился приглушённый смешок. Молодые сотрудники, которых Богдан не раз унижал на совещаниях, даже не пытались скрыть удовлетворения.
***
После собрания он влетел в её кабинет без предупреждения. Ганна не оторвала взгляда от бумаг:
— Освойте элементарные нормы поведения: стучать перед входом — основа корпоративной культуры.
— Ты… ты всё это специально устроила?
— Что именно? — наконец подняв глаза, она посмотрела прямо на него. — Своё назначение? Не приписывайте мне лишнего влияния. Это решение принял совет директоров.
— Я не собираюсь работать под твоим началом!
— Никто вас не держит. Хотите уйти — заявление можно написать прямо сейчас. — Она открыла ящик стола и достала чистый бланк. — Вот даже форма готова.
Богдан застыл в нерешительности. Они оба понимали: сейчас крайне неподходящее время для смены работы. Особенно с его подмоченной репутацией.
— Думаешь, ты такая умная? Думаешь, сможешь мной управлять?
— Я уже управляю вами, Богдан. И кстати о задачах – не забудьте про отчет к утру завтрашнего дня. Время идёт.
Он резко развернулся и с такой силой захлопнул дверь за собой, что стекла задрожали в рамах. Ганна откинулась назад в кресле и позволила себе легкую улыбку впервые за весь день. Через несколько минут телефон завибрировал – сообщение от матери:
«Богдан сегодня какой-то странный… Всё ли хорошо? Он пишет мне какие-то странности.»
«Всё нормально, мамочка. Просто кое-что изменилось на работе.»
***
Следующие недели превратились для неё в тонкую шахматную партию с чётко просчитанными ходами наперёд. Ганна была безупречна: корректная до мелочей, требовательная ко всем одинаково строго и при этом абсолютно профессиональная. Но для Богдана «одинаково» означало конец прежнего уклада жизни.
Опоздал – получи выговор за нарушение дисциплины труда; затянул перекур – замечание занесено в личное дело; проект «Фортуна» требует переработок? Придётся задерживаться после окончания рабочего дня – бесплатно: ведь именно он довёл дело до кризиса.
Однажды к ней подошла Диана из отдела кадров:
— Ганна Андреевна… простите за любопытство… правда ли вы были знакомы с Богданом вне офиса?
— А почему интересуетесь?
Диана замялась:
— Просто раньше он был таким… ну… высокомерным что ли… А теперь тише воды – здоровается первым и вообще стал другим человеком…
Ганна слегка улыбнулась:
— Люди способны меняться… особенно если правильно расставлены акценты.
Тем же вечером она осталась допоздна – разбирала отчеты и документы по текущим проектам. В пустом офисе каждый шаг отдавался гулким эхом по коридорам здания. Проходя мимо комнаты отдыха, она уловила голос Богдана:
— Да-да… я задержусь… Опять эта стерва нагрузила работой… Что значит «сам виноват»? Ты вообще на чьей стороне?!
Ганна прошла мимо бесшумно и спокойно продолжила путь к выходу из офиса. Она знала: дома его будет ждать холодный ужин и молчаливое неодобрение матери — очередной камень в основание его личного ада.
Уже сидя в машине и достав ключи из сумочки, она случайно встретилась взглядом со своим отражением в зеркале заднего вида – и замерла: между бровей залегла морщинка напряжения; губы поджаты; а во взгляде появился жесткий блеск чего-то опасного… На мгновение ей показалось: перед ней отражение самого Богдана – тот же холодный контроль над ситуацией… та же властность…
Она встряхнула головой – нет! Она другая! У неё нет той мелочной злобы или желания унижать ради удовольствия… У неё есть цель! Пока мама не будет полностью защищена… пока этот человек окончательно не исчезнет из их жизни – она будет идти до конца!
Телефон снова завибрировал на панели автомобиля: новое сообщение от директора по персоналу:
«Завтра в 15:00 аттестация ключевых сотрудников отдела развития проектов.
Богдан первый.»
Ганна усмехнулась уголком губ.
Партия продолжалась.
Ход был за ней.
***
Два месяца ежедневных поражений сломили Богдана окончательно…