— Оксана, зайди к Екатерине, — Роксолана, которая обычно посылала кого-то с поручениями, на этот раз сама вошла в комнату девушек и мягко коснулась плеча Татьяны. — Оксаночка, держись… Мне очень жаль…
Оксана сначала лениво вынула наушники, но вдруг резко вскочила. Лицо побледнело, дыхание стало прерывистым, как у зверька в ловушке.
— Что случилось? Что там такое, Роксолана?! Что?!
И бросилась в кабинет заведующей…
— …Вот так вот всё и вышло, Оксана, — тихо закончила Екатерина. — Мы даём тебе неделю отпуска. Сделай всё как положено… Похороните их с отцом…
Она сглотнула.
— Твоя мама была хорошим человеком. Слабая, да… безвольная… но добрая и светлая…
Оксана подняла на неё глаза — заплаканные, с потекшей тушью.
— Вы её не знали! Она была самой лучшей! Самой ласковой!… И бабушка… Моя бабушка…
В груди что-то болезненно сжалось. Там, за рёбрами и мышцами, которые так легко подчинялись воле Оксаны во время танца… Но сейчас это не помогало. Не спасало от боли. Внутри что-то оборвалось: тонкая струна лопнула и резанула по душе так сильно, что та словно рассыпалась в клочья.
— Больно… — Оксана сидела на полу и раскачивалась из стороны в сторону. — Господи! Как же это больно!…
Подруги побежали за врачом. Он сделал укол — девушка осела набок: дрожала всем телом и всхлипывала до тех пор, пока не провалилась в забытьё.
— Поспи немного, Оксаночка… Так будет легче…
Через два дня приехал Дмитрий. Оксана встретила его у подъезда.
— Привет, доченька… — прохрипел он и крепко обнял её. Прижался к плечу и тихо застонал.
— Папа… мне больно… Отпусти! Прошу тебя!
— Прости меня… Прости… Ты такая взрослая стала… На маму похожа…
— Замолчи! Хватит уже! — она схватила его за рукава куртки. — Мне плевать на твои слова! Мама тебя ждала! Надеялась до последнего!.. А ты?! Я тебя ненавижу!.. Ненавижу!!!
Дмитрий отступил назад; Оксана велела ему уходить прочь и сама направилась в опустевшую квартиру…
Соседи помогли организовать похороны. Всё прошло быстро и скромно: над свежей могилой стояли две фотографии — мама и Лариса ещё молодые и улыбающиеся; будто не замечали ни чёрной рамки вокруг снимков, ни слёз провожающих…
Когда люди начали расходиться от кладбища с тихими поклонами в сторону Татьяны, к воротам подъехала машина. Из неё вышел мужчина: дорогое чёрное пальто сидело безупречно; ботинки сияли чистотой; шляпа скрывала часть лица. В руках он держал огромный букет алых роз — они пылали вызывающе ярким цветом крови на фоне сырой земли.
Он подошёл к могиле и аккуратно положил цветы на землю.
— Простите меня… — обернувшись к девушке, он слегка наклонил голову. — Примите мои соболезнования… Ваша мама была удивительной женщиной… А вы очень похожи на неё… Спасибо вам за это…
Оксана лишь молча кивнула: она так и не решилась спросить его имя.
Мужчина быстро вернулся к машине и вскоре растворился среди потока машин на шоссе…
* * *
— Роксолана! А что же это Оксаночка всё ещё не появилась? Уже три дня прошло с окончания её отпуска! — Екатерина терпеть не могла звонить секретарю через внутреннюю связь: предпочитала выкрикивать распоряжения прямо из кабинета сквозь открытую дверь.
Роксолана застучала каблуками по лакированному паркету и вошла внутрь:
— Нет её до сих пор… Я пыталась дозвониться несколько раз – никто трубку не берёт… Может быть, они с отцом куда-то уехали?
— Сомневаюсь сильно… Он ей уже чужой человек стал давно… Документы она ведь тоже не забирала?
— Нет!
Екатерина вздохнула:
— Скоро экзамены начнутся… Ну ничего – дадим отсрочку потом сдаст отдельно. Надо бы съездить к ней самой…
Роксолана тут же подскочила:
— Давайте я отправлю девочек из её комнаты!
Она боялась остаться безучастной или того хуже – чтобы Екатерина послала именно её саму.
Та задумчиво замолчала; привычно грызла ноготь – дурная привычка никак не уходила годами.
— Нет уж – поеду сама!
— Но зачем вам? У вас же совещание сегодня!
Екатерина резко посмотрела:
— Я сама решаю свои приоритеты! Совещание перенеси – пусть машину подадут к часу дня!.. Всё – иди работай!
Роксолана прижала блокнот к груди и поспешно вышла из кабинета под стук каблуков по полу: ох уж эта семья Тришкиных во главе с Татьяной – сколько лет уже всё вертится вокруг них…
* * *
Екатерина тяжело поднялась по лестнице нужного этажа:
— Ну вот опять лифт сломан!.. Да сколько можно?.. Ничего тут никогда не меняется…
Опершись о стену для передышки после подъёма пешком наверх, она нашарила кнопку звонка пальцем – нажала раз-другой: тишина.
— Не работает разве?
Она забарабанила кулачками по двери: мягкая обивка глушила звук; металлические кнопки царапали костяшки пальцев неприятно холодным прикосновением.
Сзади послышался голос:
– Извините… Она там совсем спивается уже… Жалко девчонку…
Екатерина обернулась: соседка напротив махнула головой сочувственно перед тем как скрыться у себя дома за дверью прихожей.
– Таня!.. Танечка!!.. Открывай немедленно!! Слышишь?! Сейчас вызову полицию или спасателей – дверь выломают подчистую!!..
Минут через пять замок щёлкнул; дверь открылась широко – перед ней стояла распухшая от сна или выпивки девушка с полузакрытыми глазами:
– А-а-а… Это вы?.. Чего надо?
– Как чего?! Собирайся немедленно – едем обратно в училище!.. У тебя экзамены скоро!! Ты себя видела вообще?!.. Проветри квартиру хоть немного!!
Оксана молча пошла к балконной двери; распахнула створку настежь – внутрь хлынул холодный воздух со смесью дождя и бензинового запаха улицы.
– Так лучше?.. А вы сами запыхались что ли?.. Ну как там дела? Меня выгнали наконец? Да мне всё равно!.. Всё своё я уже откружилась!
Она резко взмахнула рукой перед собой:
– Всё это ерунда полнейшая!.. Ваши пуанты эти дурацкие!… Пачки ваши смешные!… Па-де-де ваше никому не нужно!… Корчите из себя лебедей белых — а сами просто хомяки жирные!… Вот я какой хомяк стала — щеки видели мои?! Посмотрите!!
Оксана приблизилась вплотную к Екатерине со странной усмешкой на лице — но тут же получила звонкую пощёчину прямо по щеке; вздрогнула всем телом от неожиданности — потом выпрямилась медленно…
– Вот тоже позиция у вас такая?… Правильно делаете!… Мать меня ни разу даже пальцем не тронула — растила как цветочек бережно!… А вы бейте теперь!!
– Замолчи немедленно!! – Екатерина схватила девушку за руку крепко; подвела прямо к зеркалу напротив стены: – Посмотри на себя внимательно!! Видишь кого?! Позорище ты!!! Алкоголичка вокзальная!!! Вот кто ты сейчас!!! Мать бы пожалела хоть немного!!! Она столько ради тебя сделала!!! Через многое прошла ради тебя!!! Подняла тебя одна!!! А ты вот так ей отплатила!!!