В музее она так увлеклась, что потеряла счёт времени. Очнулась лишь тогда, когда желудок напомнил о себе — круассан не в счёт, хотелось чего-то посущественнее. Оксанка вспомнила, как в прошлый раз они с Владиславом и детьми ездили в Севкабель Порт и гуляли там до самой ночи. Кажется, там были невероятно вкусные бургеры — почему бы не вернуться туда? А уже потом решит, как быть дальше.
Автобус оказался переполненным и шумным. От голода кружилась голова, а чувство вины начинало пробивать брешь в той защите, которую Оксанка выстроила за день. Что она вообще делает? Там же семья — муж и дети… Зачем она вообще поехала в этот дурацкий Харьков? Владислав наверняка места себе не находит, а дети…
Когда автобус остановился на нужной остановке, Оксанка решила: сначала поест, попросит зарядку для телефона, свяжется с мужем и всё объяснит. Только вот что именно скрывается за этим «всё» — ещё предстояло понять.
В кафе она заказала самый большой бургер из меню. Но когда дело дошло до оплаты — кошелька не оказалось. Она несколько раз перерыла сумку: один карман, другой… Пусто. Неужели обокрали? Похоже на то.
— Можно перевести через приложение или отсканировать кьюар-код, — предложил парень за кассой.
Оксанка попыталась включить телефон — безрезультатно.
— У вас случайно нет зарядки под такую модель?
Парень взглянул на её телефон и развёл руками:
— У меня айфон…
Чтобы он не заметил её слёз, Оксанка тихо извинилась и вышла из бургерной. Она уговаривала себя: нужно просто найти зарядку… Кто-то же должен носить с собой подходящую! Зашла сначала в одно кафе, потом во второе — безрезультатно. Купить кабель? Но за какие гривны? Денег-то нет… Почему она так и не выучила номера мужа и сыновей! Владислав ведь сто раз просил её это сделать! Но цифры у неё всегда путались в голове — стихи запоминались легко, песни тоже… а вот числа никогда ей не давались.
Оксанка почувствовала сильнейшую усталость и направилась к набережной. Дождь уже закончился; река величественно темнела под вечерним небом, город светился огнями. Она снова пыталась оживить телефон — тщетно. Глядя только на экран устройства и никуда больше, она не заметила ребёнка-торпеду: тот мчался прямо на неё с такой скоростью, будто никого вокруг не существовало.
Столкновение было неизбежным: они налетели друг на друга лоб в лоб; телефон вылетел из рук Оксанки, сделал кульбит в воздухе и шлёпнулся прямо в воду. Ребёнок закричал во всё горло — точь-в-точь как её Иван когда сердится; вслед за этим к ней подскочила рассерженная женщина.
— Вы хоть смотрите по сторонам!
Оксанке хотелось рассказать ей про телефон… про мужа… про детей… но слёзы уже наворачивались сами собой. Она только пробормотала извинение и поспешила уйти прочь от сцены столкновения.
Села на мокрую лавочку чуть поодаль от того места. На другой стороне устроился парень с зелёным ирокезом: серьга поблёскивала в ухе; взгляд был угрюмым. После падения Оксанка вся испачкалась да ещё ударилась головой — лоб ныл так сильно, что она несколько раз проверяла пальцами: вдруг кровь?
Парень покопался у себя в рюкзаке и протянул ей упаковку влажных салфеток.
— Спасибо… – прошептала сквозь всхлип Оксанка.
Она аккуратно вытерла лицо и насколько могла привела куртку в порядок. Слёзы хлынули потоком – те самые слёзы, которые весь день копились внутри неё – теперь их было уже невозможно остановить.
— Что-то случилось? – спросил парень с зелёными волосами.
Будто бы это было непонятно без слов!
— Да… случилось! – неожиданно резко ответила Оксанка; хотя он ведь ни при чём был – наоборот хотел помочь… – Извини… просто это всё…