Она допила воду и поставила стакан в раковину. Всё, хватит. Александр уехал, она осталась, жизнь продолжилась. Точка.
Богдан с Маричкой приехали около часа.
Оксана накрыла на стол в большой комнате: мясо с картошкой, салат, нарезка — ту самую, которую Ярослав всё-таки настоял нарезать кубиками.
— Мам, ты чего такая напряжённая? — прошептал Богдан, пока Маричка разбирала вещи. — Маричка нормальная, расслабься.
— Я не напряжена. Просто хочу, чтобы всё прошло как надо.
— Всё будет отлично.
Когда Маричка вышла из комнаты, Оксана впервые смогла рассмотреть её внимательно. Невысокая и стройная девушка с короткой стрижкой и внимательными серыми глазами. Двадцать два года — почти на семь младше Богдана. На шее поверх простой футболки поблёскивал кулон.
Сначала Оксана не придала этому значения — мало ли украшений у девушек. Но когда Маричка повернулась к свету и кулон блеснул, Оксана увидела его как следует.
Серебряная капля с красным камнем и гравировкой:
АПМ. 1987.
Александр. Год его тридцатилетия.
Этот кулон она держала в руках не раз и не два. Александр называл его семейной реликвией: его мать носила всю жизнь и хотела передать будущей жене сына. Он собирался подарить его Оксане. Она отказалась — сказала, что не имеет права принять такой дар, если не может быть с ним по-настоящему.
И теперь это украшение висело на шее жены её сына.
— Оксана, вам нехорошо?
— Что? Нет-нет… просто задумалась немного.
Она изобразила улыбку через силу. Ярослав разливал компот по стаканам, Богдан рассказывал о работе, а Маричка вежливо кивала ему в ответ. Простой семейный обед.
Только руки предательски дрожали каждый раз, когда она передавала хлебницу по кругу.
После еды мужчины ушли во двор посмотреть машину соседа. Оксана осталась с Маричкой мыть посуду: девушка мыла тарелки под струёй воды, а женщина вытирала их насухо и пыталась подобрать нужные слова для разговора.
— Кулон красивый… старинный?
Маричка коснулась подвески пальцами:
— От папы достался… Его маме принадлежал раньше. Он хотел подарить своей невесте когда-то… но ничего не получилось тогда… Потом мне отдал уже…
— Не получилось?
— Какая-то история была… Он особо не рассказывал… Говорил только — любил одну женщину до мамы… но та была замужем… так и осталась в семье…
Оксана старательно тёрла давно высохшую тарелку тряпкой до скрипа стекла о стекло.
— А где ваш папа жил?
Маричка ненадолго замолчала:
— Умер три года назад… сердце…
— Прости… я не знала…
— Всё нормально… Богдан тоже узнал об этом далеко не сразу… Я вообще стараюсь об этом поменьше говорить…
Она повесила полотенце на крючок и посмотрела на Оксану пристально — будто собиралась сказать что-то ещё важное или личное… но передумала:
— Пойду посмотрю, чем там мужчины заняты…
Оксана осталась одна с тарелкой в руках.
Александр умер три года назад… Как ей было знать? Они ведь расстались двадцать три года назад… Он уехал тогда без оглядки — она осталась здесь… Казалось бы — конец истории…
Но теперь выяснилось: финал был лишь видимостью занавеса… Всё это время он жил где-то своей жизнью: женился там на другой женщине… воспитал дочь… умер…
А дочь каким-то невероятным образом стала женой её сына…
Как тесен этот мир…
Ночью сна так и не пришло к ней…
Ярослав давно уже сопел рядом во сне, а она лежала без движения под одеялом и вновь переживала то прошлое, которое столько лет пыталась вытеснить из памяти…