Мария блаженно щурилась, наблюдая, как солнце медленно опускается к горизонту.
— Ну что, Оксана, — с улыбкой произнёс Роман, приподнимая бокал. — За отличный отдых! Кстати, как там твой клиент? Расплатился?
Оксана театрально закатила глаза:
— Ой, Роман, даже не заводи эту тему! Этот тип написал, что у него кассовый разрыв. Представляешь? У него — кассовый разрыв! А я тут, можно сказать, по уши в долгах. Но ты не волнуйся, — она небрежно махнула рукой, — как только появятся деньги, сразу всё решу. Я сейчас ужин оплачу картой, а вы мне потом наличными отдадите, хорошо? С обналичиванием у меня беда.
Мария и Роман переглянулись. Карта, с которой «проблемы», у Оксаны оказалась под рукой, и счёт на 4 500 гривен она действительно закрыла ею. Наличные супруги передали ей тут же, прямо за столом, под звон бокалов.
— Спасибо вам, родные! Вы меня просто выручаете, — пропела Оксана, убирая купюры в поношенную кожаную сумку.
На следующий день возник вопрос с завтраком. Оксана вышла на веранду, где супруги уже пили кофе, и смущённо улыбнулась:
— Мария, у вас не найдётся пары тысяч до вечера? Надо Дарине в магазине панаму купить, свою-то она забыла, и крем от солнца. Я вечером переведу с карты, просто она опять зависла, не работает.
Мария тяжело вздохнула и достала из кошелька две тысячи гривен. Вечером, устроившись с бокалом вина, Оксана всплеснула руками:
— Ой, карта! Совсем из головы вылетело! Завтра точно переведу. Мария, не переживай, я всё помню.
На третий день понадобились деньги на экскурсию в Несебр. Затем — на рынок за черешней и сувенирами.
Позже Оксана попросила у Романа на бензин, чтобы съездить в аптеку: Дарина переела черешни, и у неё разболелся живот.
Суммы были вроде бы небольшими — три тысячи, пять, две, — но постепенно они росли, словно снежный ком.
Мария создала в телефоне заметку и аккуратно фиксировала каждую гривну, которую занимала золовка. К концу первой недели в списке значилось уже 28 500 гривен.
Оксана при этом оставалась беззаботной. Она загорала, плавала, наслаждалась вином, с аппетитом ела за общим столом (продукты, разумеется, покупали Мария с Романом, ведь у Оксаны «диета и она не употребляет магазинные соусы», зато в кафе она неизменно выбирала самые дорогие блюда) и постоянно упоминала о деньгах, которые вот-вот поступят.
— У меня ещё один заказчик появился, аванс перечислил. Вернёмся — и я сразу со всеми рассчитаюсь. Вы же знаете, я человек обязательный.
Развязка наметилась на десятый день. Мария и Роман сидели на веранде, наслаждаясь редкой тишиной — дети уснули после обеда.
— Слушай, — тихо начала Мария, проводя ладонью по его руке. — У Оксаны уже почти сорок семь тысяч гривен долга. Как думаешь, она вернёт?
Роман поморщился:
— Мария, ну зачем сейчас об этом? Только настроение себе испортишь. Конечно, отдаст. Неловко как-то сестру расспрашивать.
— Неловко — это на потолке спать, — резко ответила Мария. — Роман, это не мелочь. Мы рассчитывали на эти деньги. И дело даже не в сумме. А в её отношении. Она ни разу не предложила оплатить продукты, хотя ест за троих. Мы купили Дарине мороженое, сводили её в аквапарк, мы… Это вообще-то не наша обязанность!
В этот момент на веранду лёгкой походкой вышла Оксана. На ней было новое яркое парео, которое, как подозревала Мария, тоже вряд ли оплачивалось её «глючной» картой.