— Но распоряжение было: в зал не заходить, пока не закончится тост.
Мария больше ничего не стала объяснять. Она вышла на крыльцо, и холодный дождь сразу ударил по лицу. Вода стекала по ступеням, плитка блестела, каблуки то и дело соскальзывали. До ближайшей остановки было приличное расстояние, и через несколько минут она просто сняла туфли, взяла их в руку и пошла по краю дороги.
Минут через десять рядом притормозил серый служебный универсал. За рулём оказался Игорь из транспортного отдела. Он возвращался со склада после вечернего осмотра машин.
— Мария Андреевна, садитесь, — сказал он, опуская стекло. — Вы же заболеете.
— Я вам весь салон испорчу, — ответила она.
— Высохнет. Садитесь.
Игорь включил печку и протянул ей свой телефон. Мария первым делом набрала няню, но та не взяла трубку. Тогда она позвонила на собственный номер. Ответила Полина.
— Мам, ты где?
— Уже еду домой. Бабушка приехала?
— Да. Папа сказал, что ты со всеми поругалась.
Где-то рядом послышался голос Елены Викторовны, а через мгновение телефон уже был у Дмитрия.
— Не вмешивай Полину в это, — резко сказал он.
— Я всего лишь спросила, кто дома. Открой дверь и отдай мою сумку.
— Завтра.
— Я сейчас приеду.
— И куда ты ночью повезёшь ребёнка? У тебя ни телефона, ни вещей.
— Потому что ты их забрал и не отдаёшь.
— Утром получишь. Но сначала удалишь документы.
Он сбросил вызов.
Игорь довёз Марию до подъезда. В детской и на кухне горел свет. Дмитрий открыл не сразу, а когда открыл, оставил дверь на цепочке. За его плечом стояла Елена Викторовна — всё в том же нарядном жакете, словно вечер ещё продолжался.
— Я пришла за дочерью и за своими вещами, — сказала Мария.
— Полина уже ложится, — ответил Дмитрий. — Не надо тащить её ночью неизвестно куда.
— Открой дверь.
— Утром.
Из комнаты вышла Полина, держа в руке расчёску.
— Мам, ты вернулась?
Мария увидела на стуле аккуратно сложенную школьную форму, возле письменного стола — рюкзак. Забрать дочь поздним вечером без учебников, одежды и нормального плана было бессмысленно.
— Сегодня побудь с папой, — мягко сказала она. — Я приеду утром.
— Правда?
— Правда.
В лифте Игорь спросил, есть ли у неё место, где можно переночевать. Мария назвала гостиницу, но он предложил другой вариант: пустую квартиру своей матери. Та уехала к сестре и должна была вернуться только в конце месяца.
— Утром ключи отдадите. Там всё необходимое есть.
Мария согласилась. Особого выбора у неё уже не оставалось.
На чужой кухне она села за стол и на листке начала записывать, что нужно сделать в первую очередь: сохранить письмо из банка, собрать бумаги по квартире, найти юриста, направить Дмитрию требование вернуть деньги Полины. Последний пункт она вывела не сразу — перед этим долго сидела с ручкой в руке.
Два года Мария перечисляла часть своей зарплаты на счёт Дмитрия. Они откладывали Полине на обучение, и он каждый раз уверял, что средства лежат отдельно. Проверить остаток Мария не могла: счёт был открыт на его имя.
Утром она приехала в офис раньше остальных. Банковское письмо всё ещё висело в почте. В анкете Дмитрий вписал её ответственной за финансовую таблицу и поставил собственную подпись. Мария сохранила письмо, выписку и переписку, где он сам просил её готовить расчёты.
В той же папке нашёлся договор на кухонное оборудование. Пять лет назад Мария купила две печи, холодильный шкаф и посудомоечную линию на деньги, вырученные от продажи комнаты матери. Компания пользовалась этой техникой бесплатно. Срок последнего продления договора истекал через девять дней.
Юриста она нашла через городскую коллегию. Алла Михайловна внимательно выслушала её, просмотрела документы и сразу разделила семейный конфликт и вопросы, связанные с фирмой.
— Квартира оформлена на вас обоих? — уточнила она.
— Да. По половине.
— В таком случае Дмитрий не имеет права не пускать вас домой. Но самостоятельно вскрывать замок не нужно. Я поеду с вами, и если вас снова не впустят, мы официально зафиксируем сам факт отказа.