— Отпусти его, — сказал Роман. — Парень тут ни при чём.
— Деньги.
— Я их не трогал. Можешь сам проверить — кто-то другой слил. Я уже два года вне игры.
Степан усмехнулся.
— Мне плевать. Ты ответишь.
Он кивнул своим головорезам.
Дальше всё произошло в одно мгновение.
Один из них двинулся к Роману, второй направился ко мне. Я кинулась к Богдану. Роман развернулся и ударил первого в челюсть. Тот рухнул на пол. Второй выхватил нож.
Я успела развязать Богдану руки.
— Беги! — закричала я.
Богдан рванул к двери. Степан попытался его схватить, но Роман оттолкнул его в сторону. Лезвие скользнуло по боку Романа, оставив кровавую полоску. Он зашипел от боли.
Я схватила с пола ржавую арматуру и замахнулась на нападавшего с ножом. Тот увернулся, но Роман снова ударил его, и тот упал без сознания.
Степан вытащил пистолет.
И в этот момент дверь распахнулась — ворвалась полиция.
— Всем стоять! Руки вверх!
Степан растерялся, опустил оружие. Его скрутили за считанные секунды.
Один из полицейских подошёл к Роману:
— Роман, вы арестованы.
Роман молча кивнул и перевёл взгляд на меня. Из раны текла кровь.
— Нужно остановить кровотечение, — сказала я быстро.
Полицейский удивлённо посмотрел на меня:
— Вы медик?
— Училась три курса на медсестру, — ответила я спокойно.
Мне передали аптечку. Я разорвала бинт, наложила жгут и прижала повязку к ране. Всё это время он молча наблюдал за мной.
— Ты вызвал их заранее? До того как мы приехали? — спросила я тихо.
Он промолчал сначала, а потом произнёс:
— Я устал прятаться… Это был единственный выход всё закончить правильно. Я расскажу им всё про структуру Степана… Сделка со следствием… Получу пару лет… Может быть, выйду раньше по УДО…
Я не могла поверить своим ушам:
— Ты сдался? Ради нас?
Он ничего не ответил — только долго смотрел мне в глаза перед тем как его увели под конвоем. Богдана отвезли в больницу для обследования, а меня попросили дать официальные показания о случившемся.
Я села в патрульную машину и закрыла глаза…
***
Прошло трое суток.
Я давала показания в отделении: рассказала о Степане, об угрозах и похищении Богдана; о том, как Роман защищал нас до последнего момента…
Никто не стал спрашивать о том вечере раньше — когда я соврала полиции… Он никому не сказал об этом… Он прикрыл меня…
По сделке со следствием ему дали два года заключения: учли смягчающие обстоятельства — он помог раскрыть преступную сеть Степана…
Борис оставил меня работать у него в кафе:
— Ты большая молодец… Спасла парня…
Я просто молча кивнула ему в ответ…
Спустя месяц пришло письмо из СИЗО… Я сразу узнала почерк на конверте…
Роман писал о том дне двадцать пять лет назад… Как нашёл мать без сознания в подсобке кафе «Вогник»… Как всю жизнь винил себя… И её тоже простить не мог…
А в конце была всего одна строчка:
«Спасибо за ложь тогда… Никто никогда ради меня так не рисковал».
Я аккуратно сложила письмо и убрала его в ящик стола…
Богдан продолжал учёбу на программиста: у него хорошо получалось… А я потихоньку гасила долги… Те десять тысяч гривен от Романа тогда очень помогли нам…
Позже подала документы на восстановление: вечернее отделение медицинского университета приняло меня с перезачётом курсов…
Жизнь шла дальше…
Но мысли о нём возвращались часто…
***
Прошёл год…
Я работала по ночам в кафе, днём училась… Спала где придётся… Богдан повзрослел заметно… Серьёзнее стал… Долги почти закрыли…
И вот однажды ночью… около половины третьего… дверь кафе распахнулась…
Роман вошёл…
Похудевший… С проседью у висков… Но тот же шрам… И тот же взгляд…
Он медленно подошёл ко столу номер семь и сел напротив окна… Взглянул прямо на меня…
Я стояла за стойкой словно приросшая к полу…
Потом взяла поднос: налила американо, отрезала кусок чизкейка – понесла ему…
Поставила перед ним чашку и тарелку…
Роман потянулся за бумажником:
— Сколько?
Я улыбнулась:
— Бесплатно… Теперь ты свой человек здесь…
Он замер ненадолго… Потом впервые за долгое время улыбнулся по-настоящему – шрам растянулся по щеке, но улыбка была искренней…
Я присела напротив него…
Мы молчали долго – просто смотрели друг на друга…
Кофе закончился первым – чашка опустела… Потом исчез чизкейк – ни одной крошки осталось на тарелке… Впервые он доел всё до конца…
За окном начинался рассвет: облака наливались розовым светом над городом…
В кафе было пусто – только мы вдвоём у столика номер семь…
Я взглянула на мамины старые часы над стойкой барной: двадцать три семнадцать – стрелки всё ещё стояли там же…
Но внутри что-то изменилось – время снова пошло вперёд…