Мы обсуждали многое — мою работу в фильме, его спонсоров, тетю Оксанку и ее лечащего врача, Максима, моего отца, — тут Диана на миг запнулась, но быстро взяла себя в руки. – Я не уверена, что именно привлекло внимание Ориси. У нее особенный склад ума — аналитический. Она всегда замечала такие мелочи, которые другим ускользали. В день её исчезновения она мне позвонила…
— Подожди, — перебил ее Роман. – Назови всех, кого вы тогда упоминали.
Диана перечислила имена, не забыв и самого Романа. Он никак не отреагировал.
— Теперь скажи: где ты находилась в момент звонка от Ориси?
— В студии. Иван нас вызвал для подписания документов.
Роман сверился с записями и, найдя имя Ивана в списке, сделал пометку — вероятно, исключил его из круга подозреваемых.
— Продолжай.
— Орисю что-то насторожило после нашей встречи. Она решила покопаться и наткнулась на нечто важное — настолько важное, что сразу захотела рассказать мне об этом. В тот момент она уже подходила к своей квартире. Связь была плохая… У нее в руках были пакеты с покупками или чем-то еще — точно не помню — и она никак не могла найти ключи. Кажется, она попросила меня остаться на линии до тех пор, пока откроет дверь. А потом я услышала какой-то шум… Телефон выскользнул у неё из рук и упал. Я звала её по имени… кричала… Но никто не отвечал. Затем кто-то поднял трубку — я слышала дыхание — и связь оборвалась.
Диана ненадолго замолчала; тем временем Роман продолжал делать заметки в своем блокноте.
— Я сразу же бросилась туда ехать, — вновь заговорила Диана. – Попросила Ростислава передать всем, что я ухожу.
— Он тоже был тогда в студии?
— Да, — подтвердила она. – А когда выбегала из здания – столкнулась с Иваном у дверей.