— Ты совсем с ума сошла, — процедил он сквозь зубы. — Какой еще договор? Какой счет? Думаешь, я стану платить по твоим нелепым бумажкам?
— Это не вопрос желания, — спокойно ответила Ирина, вновь раскрыв ноутбук. — Речь идет о финансовой ответственности. Или ты соблюдаешь условия, или сталкиваешься с последствиями. Как и в случае с любым другим долгом.
Пару секунд она щелкала по клавишам, затем нажала «Enter».
— Готово.
— Что именно готово? — его голос сорвался на высокий тон.
Ирина повернула экран к нему. На мониторе было открыто письмо.
— Я отправила тебе счет на электронную почту. Тема письма: «Финансовые обязательства за октябрь». Сумма — 27 450 гривен. Все реквизиты указаны внутри. Советую оплатить до конца недели, чтобы избежать… — она сделала едва заметную паузу, — начисления штрафов.
Он уставился в экран на аккуратно оформленный документ с ее подписью внизу. Лицо его побледнело. Это была не злость — что-то гораздо хуже: полная потеря ориентира. Его привычный мир дал трещину. Жена, Ирина, от которой он ожидал молчания и терпения, вдруг превратилась в хладнокровного бухгалтера, выставившего ему счет за их общее прошлое.
— Ты… ты это всерьез? — выдавил он наконец; впервые в его голосе прозвучал не гнев, а тревога.
— Вполне серьезно, — ответила Ирина и поднялась из-за стола с чашкой в руке. — Деньги всегда были делом серьезным. Ты сам меня этому научил.
Она подошла к мойке, вымыла кружку и поставила ее сушиться. Все ее движения были точными и размеренными. Она чувствовала на себе его взгляд — взгляд человека, который только что рухнул в бездну и еще не осознал глубину падения.
— Я… я не собираюсь это платить… Это абсурд какой-то…
— Это твое решение, — пожала плечами Ирина. — Тогда начиная с первого ноября я прекращаю оплачивать все сервисы на мое имя: интернет, телевидение, подписки… А ужин буду готовить исключительно для себя. Постоянно.
Она вышла из кухни, оставив его одного среди пустых чашек и смятой бумаги со счетом в почте — как приговором над головой. В воздухе еще витал запах чужих духов со вчерашнего вечера; но теперь его перебивал резкий аромат распада всего того привычного мира, который он считал своей собственностью… включая ее молчание.
Он продержался четырнадцать дней: две недели демонстративной обиды и театральных вздохов; хлопанья дверьми и попыток вызвать у нее чувство вины… Но вина была роскошью, которую Ирина больше себе позволить не могла: внутренний бухгалтер давно списал эту статью расходов как безнадежную задолженность.
Она жила по новым правилам: готовила еду только для себя; мыла лишь свою посуду; покупала продукты ровно на один рот до следующего похода за покупками. Александр питался полуфабрикатами из микроволновки; квартира стала похожа на коммунальное жилье двух посторонних людей.
И вот однажды он сломался. Это случилось субботним утром: он вошел на кухню и сел напротив нее за стол; лицо было серым от усталости и бессонницы.
— Всё… хватит этого балагана… Я заплачу твой идиотский счет сегодня же… Только прекрати уже…
Ирина сделала глоток кофе и поставила чашку обратно на блюдце; ложка тихо звякнула о фарфор.
— Счет просрочен на десять дней, Александр,— произнесла она ровным тоном.— Штраф составляет пять тысяч гривен сверху основной суммы. Новый документ пришлю тебе через час.
Он сжал кулаки под столом… но остался спокойным: слишком много сил ушло за эти две недели холодной войны.
— Да что тебе вообще нужно?! — сорвался он почти с рыком отчаяния.— Деньги?! Вот! Забирай свои деньги! Давай всё вернем как раньше!
— Как раньше? — она посмотрела прямо ему в глаза спокойно и внимательно.— Уточни: ты имеешь в виду тот период времени, когда тратил мою зарплату на свои провальные идеи? Или когда приезжал домой от чужих женщин? Напомни мне конкретнее: какую именно эпоху ты хочешь восстановить?
Он опустил голову вниз и провел ладонями по лицу:
— Я так больше не могу… Это же дом… А ты ведешь себя как бухгалтер…
— Именно так,— кивнула Ирина.— Я твой главный бухгалтер… И должна сообщить тебе официально: твой личный баланс глубоко отрицательный.
Она снова развернула ноутбук к себе; несколько секунд работала над файлом… затем повернула экран к нему лицевой стороной вверх: таблица с графиками цифрами формулами…
— Вот сводка наших финансовых отношений за последние три года,— сказала она спокойно.— С учетом инфляции и упущенной выгоды общая сумма твоей задолженности передо мной составляет шестьсот восемьдесят семь тысяч гривен ровно.
Он смотрел на эту цифру так долго будто пытался загипнотизировать её взглядом… Глаза стали стеклянными…
— У меня нет таких денег,— прошептал он едва слышно.— Ты ведь знаешь…
— Знаю,— кивнула она.— Поэтому предлагаю тебе альтернативу…