Старенькая «Тойота» Богдана вырулила со двора и скрылась за поворотом.
До деревни было не больше часа езды. К десяти утра он собирался быть на месте. В одиннадцать Оксана не выдержала и позвонила ему сама. В ответ — сухое: «Абонент временно недоступен». Ровно в полдень ситуация не изменилась.
Чтобы не поддаваться тревоге, она взялась за домашние дела. Тщательно отчистила плиту, разобрала завалы в шкафу, сложила вещи аккуратными стопками. И вдруг поймала себя на мысли: свекровь тоже молчит. Если бы Богдан явился один, Владислава уже давно бы засыпала ее звонками с нравоучениями о семейных обязанностях.
Ближе к трём пополудни на дисплее высветился незнакомый номер.
— Слушаю.
— Оксана? — голос звучал сухо, с металлическим оттенком. — Арсен, инспектор дорожной службы. Ваш супруг попал в ДТП на тридцать втором километре трассы.
Губка выскользнула из пальцев и плюхнулась в раковину, в мутную мыльную воду.
— Что с ним?
— Жив. Сильный удар пришёлся на грудную клетку, есть подозрение на серьёзную травму плеча. Там связь почти не работает, пока всё оформили, пока дождались эвакуатор… Сейчас его уже везут в районную больницу. Подъезжайте с документами.
Оксана потом не могла вспомнить, как заказала такси и как добралась по серой, мокрой трассе до больницы. В салоне негромко бубнило радио, а она, не отрываясь, смотрела на дворники, которые размеренно счищали грязную жижу со стекла.
В приёмном отделении стоял резкий запах хлорки, смешанный с духом старого линолеума. Дежурная медсестра, не поднимая глаз от экрана, указала вглубь коридора:
— Никита? Вторая смотровая. Доктора ждёт.
Оксана приоткрыла шаткую белую дверь и вошла.
Богдан сидел на кушетке. Его правая рука была плотно прибинтована к туловищу эластичным бинтом. На скуле темнела ссадина, футболка на груди оказалась разорванной. Лицо осунулось, в глазах читалась растерянность.
Увидев жену, он не отвёл взгляда — лишь шумно выдохнул, и плечи его заметно опустились.
— Вот так съездил, называется.
Оксана подошла ближе и осторожно дотронулась до его здорового плеча.
— Как это произошло?
— Резина подвела, — он провёл ладонью по лбу. — Пошёл снег с дождём, дорога стала скользкой, будто намыленной. На повороте возле лесопилки машину резко повело. Тормоза не сработали как надо. Влетели в бетонный столб старой остановки.
Он замолчал, затем поднял на неё взгляд.
— Оксан… основной удар пришёлся точно в правую сторону. Туда, где пассажирское сиденье.
Она замерла, перестав дышать.
— Следователь сказал, — его голос стал едва слышным, — если бы там кто-то находился… даже представить страшно, чем всё могло закончиться. Дверь смяло почти до коробки передач. Хорошо, что ты не поехала.
Ноги у Оксаны подкосились, и она опустилась на жёсткий стул рядом с кушеткой. В носу защипало. «Не твоя это дорога завтра». Слова Нади прозвучали в памяти отчётливо, словно она стояла здесь, в палате, пропахшей лекарствами.
Эта мысль ещё долго не отпускала её, даже когда тревога понемногу начала уступать место изматывающей усталости.