Наутро Светлана встретилась с подругами в небольшом кафе и, едва они сделали заказ, пересказала им вчерашний тяжёлый разговор с сыном.
— Да перестань ты так убиваться, — махнула рукой одна. — Дмитрий у тебя не мальчик глупый. Ну даже если ошибётся — разведётся потом, делов-то.
— А потом будет всю жизнь алименты платить, — мрачно заметила Светлана.
— Подумаешь, алименты. Сейчас этим уже никого не удивишь, каждый второй через такое проходит.
— Знаешь что, — вмешалась другая приятельница, наклоняясь ближе. — Сходи к этой Алине в магазин. Поговори с ней напрямую. Предложи деньги, чтобы оставила твоего Дмитрия в покое.
— Даже не вздумай, Света, — резко возразила третья. — Только хуже сделаешь. Она тебя оскорбит, ты унизишься, а сын потом не простит. Девчонка ведь не виновата, что выросла в такой семье. Не лезь. Пусть сами живут. Дмитрий со временем разберётся, если там действительно всё плохо.
Светлана выслушала всех, переварила каждое слово и решила никуда не ходить. Потерять сына она боялась куда сильнее, чем получить невестку не из своего круга. В конце концов, браки распадаются и у девочек из приличных, обеспеченных семей. А Дмитрий, если смотреть честно, поступал по-мужски: не бросал беременную девушку, а собирался взять ответственность на себя. Да и продавцами кто-то тоже должен работать. Алина, конечно, не виновата в том, что жизнь у неё сложилась именно так. Но почему за это должны расплачиваться они с Дмитрием?
В ближайший выходной Светлана ждала в гости родителей Алины. Полноценный обед она устраивать не стала: решила ограничиться знакомством за чаем. Испекла любимый торт сына, достала красивый сервиз, заварила душистый чай. Сначала поставила на стол бутылку хорошего вина, но, немного подумав, всё-таки убрала её обратно в холодильник.
— Мам, я тебя очень прошу… — тихо сказал Дмитрий, когда в прихожей прозвенел звонок и она направилась открывать.
Внешность матери Алины почти полностью совпала с тем образом, который Светлана заранее нарисовала в своём воображении: располневшая, уставшая женщина, будто постаревшая раньше срока. Платье с блестящим люрексом так сверкало, что от него начинало рябить в глазах. Видимо, именно этот наряд считался у неё парадным. Рядом стоял её муж — в новом, но явно не по размеру костюме, который висел на нём мешком. По лицу мужчины легко угадывались следы давнего и слишком близкого знакомства с алкоголем.
Светлана встретила гостей безупречно вежливо, провела в комнату, налила чай и предложила торт.
Мать Алины тут же начала оглядывать квартиру, восхищаться обстановкой, потом рассыпалась в похвалах кулинарному таланту будущей сватьи. Между делом пожаловалась, что младший сын не смог прийти: мол, уроков задали невпроворот, теперь бедный ребёнок не попробует такого чудесного торта.
— Ничего страшного, я заверну ему кусочек с собой, — любезно сказала Светлана.
— Может, за знакомство выпьем? — вдруг не выдержал отчим Алины.
Жена тут же толкнула его кулаком в бок. Мужчина обиженно замолчал и до самого конца визита больше почти не раскрывал рта. Светлана сделала вид, будто ничего не заметила. Зато она прекрасно видела, как Алине неловко за родителей. Это доставляло Светлане злое, мстительное удовлетворение. Дмитрий же, казалось, вообще ничего вокруг не замечал: он смотрел только на Алину.
Позже разговор перешёл к свадьбе. Мать Алины робко предложила какое-то недорогое кафе, но Светлана сразу отвергла этот вариант и спокойно заявила, что организацией займётся сама. Будущих родственников такое решение вполне устроило. Распрощались они мирно, почти тепло, будто уже давно были знакомы.
Едва за гостями закрылась дверь, Светлана первым делом распахнула окно, чтобы проветрить комнату. Хотя за столом никто так и не пил, в воздухе всё равно висел тяжёлый запах перегара.
— Спасибо, мам, — тихо сказал Дмитрий.