И стояли они в стороне, громко переговариваясь и смеясь, так что даже девушки не осмеливались подойти к ним с предложением потанцевать. Но она решилась — подошла и обратилась к Богдану:
— Можно тебя?
— Нельзя, — отрезал он резко, даже не взглянув на нее.
Она сразу же отвернулась и стала пробираться к выходу.
И только тогда он понял — это же Оленька… давно она ему нравилась. А он, как дурак, не разглядел её в полумраке зала, где светомузыка слепила глаза. И так грубо отказал… Зачем?
Он бросился за ней следом, догнал уже на улице. Ведь давно мечтал познакомиться с ней — и вот такой шанс упустил.
— Оленька, я не это хотел сказать… Я просто тебя не узнал. Прости меня… Пойдём обратно? Меня Богдан зовут. Я давно тебя заметил.
— Ну я вообще-то уже домой собиралась.
— Тогда давай вместе пойдем? Я провожу тебя.
С того вечера всё и началось: их встречи, дружба… а потом свадьба. И как же он тогда танцевал с ней медленный танец — с таким желанием… А ведь в тот вечер она могла уйти навсегда.
Богдан положил себе ещё немного салата, поел понемногу, затем перевёл взгляд на танцпол — там его Оленька весело отплясывала от души.
Позже она подошла к нему и присела рядом. Он подложил ей салата, налил напиток. Они ели вместе, о чём-то говорили и улыбались друг другу.
Потом она поднялась со стула — и он тоже встал. Она подала ему стоявшие рядом костыли, и они вдвоём направились к выходу. Изумлённый Тарас провожал их взглядом. Когда Богдан проходил мимо него, тихо пояснил:
— Это после аварии было. А ты пока молод — танцуй!
Жена Богдана взглянула на Тараса с тёплой улыбкой:
— Он обязательно поправится! Мы ещё станцуем вместе! — сказала она уверенно.
— Вот именно! Я ещё за тобой бегать буду! — пообещал Богдан с озорной улыбкой.