Марьяна охватила тревога: а вдруг её странный обряд действительно как-то повлиял на Оксану?
Она отправилась к Ульяне.
— Два пакета соли, говоришь? — переспросила та. — Многовато, я ведь говорила — одного достаточно.
Но ничего не поделаешь, пришлось идти к Пелагее. Та решила, что Марьяна — подруга Оксанина: зрение у неё почти пропало, да и слух уже не тот — обмануть было нетрудно.
— Только Назару не говори, Марьяночка просила. Она в больнице сейчас.
Марьяна похолодела от услышанного.
— Как это в больнице?
Старушка заплакала:
— Совсем плохо, дитя моё… Совсем плохо…
Марьяна вовсе не желала Оксане зла, тем более болезни… Что же теперь делать?
— А в какой больнице она?
— Где-то на Плахотного, в городе…
У матери Марьяна осторожно попыталась выяснить подробности. Та ответила:
— А зачем тебе? По-моему, онкология там…
Тут Марьяна разрыдалась — зачем она всё это затеяла!
Назару она ничего не сказала и сама поехала в город.
В больничных коридорах долго блуждала, пытаясь найти Оксану. Учреждение оказалось большим, никто ничего толком не знал. В конце концов Марьяна опустилась на лавочку и расплакалась от бессилия.
— Девушка, вам помочь?
Перед ней стояла доброжелательная женщина с рыжими завитками волос.
— Я ищу подругу… Она здесь лежит… Оксана Смирнова…
— Пойдём, найдём твою подругу.
Женщина окликнула молодую медсестру с суровым выражением лица. Что-то ей сказала вполголоса; та нахмурилась и назвала номер палаты и отделение.
— Идём со мной.
Оксана лежала бледная — даже бледнее обычного. Увидев её такой, Марьяне стало по-настоящему страшно. Она несмело приблизилась к кровати и прошептала:
— Прости меня… Это я виновата…
Оксана приоткрыла глаза:
— Марьяна? Ты что здесь делаешь?
— Прости меня! — всхлипнула девушка. — Я не хотела… Я не думала… Я совсем не знала, что так получится!
— Ты о чём вообще?..
И тогда Марьяна всё рассказала: про осеннюю свадьбу, про Ульяну и про две пачки соли…