Оксана подошла к нижнему шкафчику на кухне, с шумом распахнула дверцу и вытащила целую кипу старых, засаленных пластиковых контейнеров, которые копились там месяцами.
— Это те самые, что вы в прошлый раз притащили — чтобы я вам котлеты завернула. И до этого. И ещё год назад. Забирайте своё сокровище из пластика и ступайте. Гусь остаётся здесь. Я его заслужила.
Марта недовольно поджала губы, фыркнула, словно обиженная кошка, и выбежала в подъезд.
Входная дверь захлопнулась с такой силой, что с полки в коридоре упала фарфоровая статуэтка — пастушка, которую Оксана хранила два десятилетия как напоминание о юности. Фигурка разбилась вдребезги. Фарфоровая головка откатилась к ножке стола, звеня по полу.
В квартире воцарилась тишина.
Оксана осталась одна среди следов недавнего застолья. Остов гуся торчал из блюда как останки доисторического зверя. Салатница с «Оливье» была вычищена дочиста. Пятна соуса на праздничной скатерти напоминали карту проигранной битвы.
По всем канонам мелодрам она должна была бы сейчас опуститься на стул и зарыдать от одиночества и обиды — забытая всеми мать.
Но она прислушалась к себе.
Там, где обычно жила тяжесть разочарования — где-то в районе солнечного сплетения — теперь расправлялся странный пузырь звенящей легкости.
Это было ощущение свободы.
Неожиданное, почти пьянящее чувство облегчения. Боль в спине куда-то исчезла. Плечи сами собой расправились.
Она аккуратно переступила через осколки фарфора. «К счастью», — мелькнуло у неё в голове, и губы растянулись в искренней улыбке.
Оксана подошла к ёлке. В самом её сердце, у колючего ствола лежал ещё один пакетик — маленький, неприметный свёрток из плотной бумаги цвета крафт. Тот самый подарок, который она купила себе три дня назад после долгих сомнений и угрызений совести за «расточительность».
«Лучше бы детям деньгами отдала… им нужнее», — думала она тогда перед сияющей витриной магазина. Но потом неведомый импульс самосохранения заставил её достать карту и совершить покупку.
Она осторожно вынула свёрток из-под ёлки.
Внутри оказался шарф из настоящего кашемира цвета грозового неба: мягкий, невесомый и тёплый как объятие любимого человека. И флакон духов — тех самых французских с утончённым ароматом сандала и горького апельсина; тех самых духов, на которые она смотрела годами… но каждый раз выбирала купить продукты для приезда детей вместо них.
Она обернулась шарфом: ткань мягко коснулась шеи и сразу согрела лучше любого пледа. Побрызгала духами запястье и глубоко вдохнула аромат полной грудью.
Теперь квартира больше не пахла жирным гусем или чужими эмоциями; воздух был наполнен запахом роскоши… достоинства… любви к самой себе.
Она налила остатки дорогого коньяка в чистый бокал, включила телевизор — там шёл какой-то старый добрый мюзикл — взяла бутерброд с икрой: тот самый последний кусочек праздника среди хаоса ухода гостей.
Телефон коротко пискнул на столе: глухо и будто виновато.
Сообщение от Данила:
«Мам… ну ты перегнула палку немного… Мы вспылили просто… А есть нечего дома вообще! Всё закрыто же сегодня! Может вернёмся? Мы хлеба купим по дороге на заправке… Мир?»
Оксана усмехнулась про себя: перед глазами тут же возник образ их троих — злые, голодные и растерянные сидят в холодной машине посреди ярко сверкающего новогоднего города…
Смакуя каждое слово, она медленно набрала ответ:
«Магазин возле вашего дома работает до 23:00. У вас есть пятнадцать минут успеть до закрытия. Калькулятор у вас теперь есть – бюджет посчитаете сами. Приятного аппетита! И с Новым годом вас – мои взрослые дети!»
С решимостью нажала «Отправить» и заблокировала экран телефона.
Затем откусила бутерброд – солёные икринки лопались на языке одна за другой – никогда раньше еда не казалась ей настолько вкусной…
За окном вновь загремел салют – разноцветные огни рассыпались по ночному небу фейерверками надежды…
Наступал новый год.
И похоже – это был первый год её настоящей жизни.
Эпилог
Утро первого января встретило Оксану тишиной.
Но это была уже не та пугающая пустота одиночества…
А благословенная тишина покоя.
На столе громоздилась немытая посуда – но это её нисколько не тревожило.
Она поправила свой новый кашемировый шарф,
подошла к зеркалу
и впервые за долгие годы увидела там не уставшую женщину-функцию,
а красивую женщину,
для которой всё только начинается.
Напишите ваше мнение об этой истории! Мне будет очень приятно!
Если рассказ вам понравился — ставьте лайк и подписывайтесь на канал.
С вами был Джесси Джеймс.
Все мои истории являются художественным вымыслом.