Женский сайт с вдохновляющими историями, полезными рецептами и ценными советами на каждый день.
Лариса рухнула внезапно — словно в помещении разом погас свет. Ещё мгновение назад она стояла у администраторской стойки в салоне, просматривала журнал записи, рассеянно помечая карандашом свободные часы, а затем пол под ногами поплыл, качнулся волной — и сознание оборвалось.
В себя она пришла от едкого запаха нашатыря. Над ней нависло незнакомое лицо — женщина лет сорока, кажется, из постоянных клиенток. Кто‑то сжимал её ладонь, кто‑то говорил слишком громко, будто она оглохла.
— Лежите спокойно, не поднимайтесь, — произнёс фельдшер, уже готовя носилки. — Ваше имя?
— Лариса… — собственный голос показался ей чужим, тонким.
— Сколько вам лет?
— Сорок два.
Она собиралась сказать, что ничего серьёзного — просто давление, переутомление, недосып. Но язык словно налился свинцом. В голове стоял гул, как от старого холодильника. Потолок салона, который всегда казался безупречно белым, теперь расплывался мутным пятном.
Этот салон был её гордостью. Небольшой, но аккуратный, с дорогими креслами и зеркалами в тяжёлых рамах, с ароматом кофе и косметики. Десять лет назад она открывала его на кредитных деньгах, на нервах и упрямстве. Со временем дело стало приносить стабильный доход, и Лариса знала всё до мелочей: кто из мастеров грешит опозданиями, у кого клиенты особенно требовательные, а на чём экономить категорически нельзя.
И вот теперь её вывозили отсюда на носилках, а администратор Алина стояла побледневшая, прижимая к груди телефон.
— Алина, Ивану позвони… — прошептала Лариса, прежде чем двери скорой захлопнулись.
Иван появился в больнице к вечеру. Не с пустыми руками — с пакетами, будто направлялся в гости, а не к супруге. В коридоре резко пахло хлоркой. Лариса лежала под капельницей и смотрела в окно: темнело стремительно, словно день не хотел задерживаться.
— Ну ты и перепугала всех, — сказал Иван, ставя пакеты на тумбочку. — Давление, да?
Она уже открыла рот, но в палату вошла врач — сухощёкая женщина с короткой стрижкой и усталым взглядом.
— Лариса, — без лишних вступлений начала она, — завтра проведём МРТ. Есть основания подозревать серьёзные изменения. Пока воздержусь от подробностей.
Иван нахмурился.
— Какие ещё изменения? Зачем сразу сгущать краски?
Врач взглянула на него так, будто он — лишний предмет в комнате.
— Я не сгущаю. Я информирую. Дальше всё будет зависеть от результатов.
Ответы получили через два дня. Почти всё это время Лариса не спала. Головная боль не отступала — тяжёлая, глухая, будто внутри поселился камень. Она замечала, что забывает простые слова, путается в датах, а однажды с трудом вспомнила имя младшего сына.
Старшему, Матвею, исполнилось шестнадцать. Он уже брился, ворчал, запирался у себя, но всё равно приходил ночью на кухню, если не мог уснуть. Младшему, Назару, четырнадцать — худощавый, вспыльчивый, вечно в наушниках. Они были слишком взрослыми, чтобы сидеть у её постели, и слишком юными, чтобы остаться без неё.
Когда врач произнесла «онкология», Лариса не сразу осознала смысл. Слово будто пролетело мимо, едва задев. Затем прозвучало: «опухоль головного мозга», «метастазы», «неоперабельно».
— Оперативное вмешательство возможно, — ровно пояснила врач, — но ощутимого результата не даст. Речь идёт о продлении жизни, а не о полном выздоровлении. Прогноз… примерно шесть месяцев.
Полгода. Всего шесть месяцев.
Иван сидел рядом, сцепив пальцы. Он молчал и лишь кивал, словно обсуждали постороннего человека. Когда врач вышла, он произнёс:
— Значит, будем лечиться. Химиотерапия, операция… что назначат, то и сделаем.
Лариса внимательно посмотрела на него. За восемнадцать лет брака она научилась различать оттенки его голоса. Сейчас в нём звучало не сочувствие, а досада — как будто случилась неприятность, ломавшая планы.
Домой её выписали через неделю. Иван оформил отпуск — не столько из заботы, сколько потому, что «так принято». Он подолгу говорил по телефону, закрывался в кабинете, ел на ходу. Сыновьям объяснили, что мама серьёзно больна, но «врачи занимаются лечением».
По ночам Лариса сидела с ноутбуком. Она не отрицала профессионализм врачей — просто не могла позволить себе поверить в их прогноз. Читала всё подряд: форумы, статьи, отзывы, рассказы о «чудесных» выздоровлениях. Ей нужна была не статистика, а надежда.
На третий день ей попалось имя: Орест, Украинка. Медицинское образование, альтернативные методики, сотни отзывов. Люди писали пространно и сбивчиво, но в каждом тексте сквозила одна мысль: «он спас».
— Шарлатан, — отрезал Иван, когда она показала ему страницу. — Очередной мошенник.
— А вдруг нет? — тихо спросила Лариса.
Он лишь пожал плечами.
— Делай что хочешь.