— Значит, всё это время они тайно воровали у меня?! — с недоверием подумала Олеся, глядя на изображение с камеры.
Месяц постоянного наблюдения принес свои плоды — теперь у неё были неопровержимые улики.
Она стояла у окна, наблюдая, как дети резвятся во дворе.
Квартира, доставшаяся ей от бабушки три года назад, после свадьбы стала их с Андреем семейным пристанищем.
Просторная трёхкомнатная квартира с высокими потолками и скрипучим паркетом напоминала ей о детских годах.
Жили они вдвоём, но иногда казалось, что кто-то невидимый всё время рядом. — Олеся, мы дома! — вдруг раздался привычный голос.
В коридоре прозвенели ключи, дверь захлопнулась.
Ещё в первый месяц совместной жизни Андрей передал ключи своей матери «для удобства».
В гостиную вошла Тамара Ивановна с пакетом продуктов, а за ней последовала Елена, золовка, с тем самым выражением лица, которое всегда сулило неприятности. — Как ты, дорогая? — свекровь поставила сумку на стол и осмотрела комнату. — На комоде пыль, а цветы совсем завяли. — Здравствуйте, Тамара Ивановна, — Олеся вытерла руки полотенцем. — Как раз собиралась заняться уборкой. — Не собиралась, а давно пора, — усмехнулась Елена, направляясь на кухню. — Андрей весь день на работе, а здесь бардак.
Олеся почувствовала, как внутри нарастает напряжение.
Каждый визит родственниц проходил по одному и тому же сценарию: упрёки, наставления, осуждающие взгляды.
Казалось, что квартира вовсе не её, а семейное «общественное имущество». — Я пойду в спальню и всё расставлю по-своему, — заявила Тамара Ивановна, не дождавшись ответа. — Я уже заправила постель, — тихо произнесла Олеся, но её не услышали.
В это время Елена распахнула холодильник и начала осматривать продукты. — Молоко прокисло, хлеб черствый, — отметила она. — Как Андрей вообще ест это?
Олеся сжала губы.
Всё было куплено вчера, свежесть была очевидна, но спорить с ними не имело смысла.
Из спальни доносился скрип — свекровь переставляла мебель.
Олеся знала, что к вечеру всё будет расставлено «правильно», по их мнению. — Тамара Ивановна, пожалуйста, не трогайте там ничего, — попыталась остановить она. — Мама лучше знает, — отрезала Елена. — Ты ещё молода, многого не понимаешь. «Молода… в тридцать три», — усмехнулась про себя Олеся.
Хотя она была замужем уже три года, для них она оставалась неопытной девочкой.
Родственницы провели в квартире два часа: Тамара Ивановна переставила мебель, Елена перемыла посуду и перекладывала продукты по-своему.
Когда дверь закрылась за ними, Олеся ощутила облегчение.
Вечером она открыла шкатулку на туалетном столике — цепочка бабушки исчезла.
Она проверила содержимое ещё раз — украшение пропало. — Андрюша, ты не видел мою золотую цепочку? — спросила она. — Какая цепочка? — лениво ответил муж. — Наверное, сама куда-то убрала.
Но Олеся знала: вещи не исчезают сами по себе.
Через неделю пропали серьги, подарок мужа, а через несколько дней — бабушкино кольцо.
Тогда она решила принять крайние меры: приобрела мини-камеру и установила её в спальне.
Три недели записи показывали обычную жизнь.
Но при очередном визите свекрови и золовки камера зафиксировала всё.
Тамара Ивановна подошла к шкатулке, достала кольцо, долго его рассматривала и спрятала в карман кофты.
Елена стояла рядом и спокойно наблюдала.
Олеся пересмотрела запись несколько раз.
Ошибок быть не могло.
Весь этот период её дом служил прикрытием для краж.
Руки дрожали, сердце билось учащённо.
Что теперь предпринять?