Знаете, какой на самом деле вкус у настоящего успеха? Я раньше думала, что он напоминает шампанское «Вдова Клико» или хотя бы хороший выдержанный коньяк. А оказалось — он как остывший растворимый кофе в пластиковом стаканчике и валидол, тающий под языком.
Я стояла у панорамного окна на двенадцатом этаже своего нового офиса и смотрела на город. Просторный кабинет, кожаное кресло, табличка с надписью: «Директор филиала Елизавета». Путь к этому креслу занял у меня пятнадцать лет. Без нормального отпуска, с телефоном, который будто прирос к ладони, с разводами — ведь «ты же замужем за своей работой». И вот, когда кадровик наконец подписал приказ о назначении, первое желание было не купить себе шубу или улететь на Мальдивы. Я просто захотела позвонить Ганне.
Мне пятьдесят два года, а внутри всё ещё живёт та самая девочка с косичками, которая мечтает принести дневник с пятёркой и услышать: «Молодец, Елизавета».
Я набрала номер. Гудки тянулись бесконечно.
— Алло? Мам? Ты сидишь? — голос дрожал от переполнявших эмоций. — Меня утвердили! Теперь я директор по региону! Зарплата вдвое выше прежней, служебная машина… Всё сбылось!
Наступила пауза. Я ждала радостного вздоха или хотя бы тёплого слова.
— Ну наконец-то… — раздался сухой голос Ганны. — Значит теперь денег у тебя куры не клюют?
— Мам… Причём тут это…
— Самое что ни на есть при чём, Елизавета. Раз уж ты теперь начальница такая важная — могла бы и брату помочь. Данилу опять из банка звонили. Или ты собираешься жировать одна, пока родного брата коллекторы по судам таскают?
Вся моя радость растеклась по полу грязной водой. Смотря на огни города за окном, я вдруг поняла: никакая я не директор. Я снова просто старшая сестра — та самая, которая всем обязана.
Часть 1: Эйфория и ледяной душ
В тот вечер я отказалась от празднования с коллегами. Села в свою старенькую «Тойоту», которую давно пора было сменить на новую модель, и просто сидела в машине на парковке, уставившись в одну точку.
Данило… мой младший брат. Сорок пять лет ему исполнилось недавно. У большинства мужчин в этом возрасте уже седина благородно поблёскивает на висках да стабильная работа с домом и семьёй прилагается. А у него всё те же бесконечные «проекты», мифические «стартапы» и взгляд побитого щенка каждый раз перед просьбой занять денег. Он младше меня на семь лет — мамин поздний ребёнок: желанный и болезненный с рождения… А я была сильной девочкой — той самой ломовой лошадью для всей семьи; Данило же был хрупкой вазой из тонкого стекла.
Ипотеку он оформил два года назад: «Елизавета! Это шанс! Двушка в центре города! Сделаю там офис — бизнес пойдёт!» — горячо убеждал он меня тогда прямо на кухне маминой квартиры. И я поверила… Отдала половину накоплений ему на первый взнос. Ганна тогда прослезилась от умиления: «Вот это семья! Вот это поддержка!»
Но бизнес так и не пошёл никуда… Сначала он пытался торговать какими-то биодобавками через интернет-магазин; потом вложился в криптовалюту как раз перед обвалом рынка… И теперь каждый месяц двадцать пятого числа мы разыгрывали семейную драму под названием «Спасение рядового Данила».
Телефон снова пискнул от входящего сообщения от мамы: «Зайди завтра ко мне. Сердце колет сильно сегодня… Привези лекарства (список отправлю). И торт купи – Данило заглянет».
Никаких поздравлений… Ни одного слова гордости или радости за меня… Только список медикаментов да просьба купить сладкое для брата… Я ударила ладонью по рулю со злостью – сигнал машины пронзительно завыл посреди ночной парковки, вспугнув прохожих своим резким звуком… В этом воем была вся моя усталость и злость одновременно: хватит!
Часть 2: Бойкот
На следующий день я приехала к Ганне домой. Квартира старая – типичная сталинка с высокими потолками; пахнет корвалолом вперемешку со старыми книгами… Этот запах всегда вызывал во мне чувство тяжёлой вины.
Мама лежала на диване среди подушек словно восточная султанша после изгнания из дворца; мокрое полотенце лежало у неё на лбу.
— Пришла всё-таки? — прошептала она слабым голосом. — А я уж подумала: теперь ты вся такая важная – совещания да встречи без конца… Не до больной матери…
Я молча поставила пакеты рядом: лекарства по списку, продукты хорошие – фрукты свежие дорогие…
— Мам… хватит устраивать театр одного актёра… Вчера по телефону ты звучала бодрее диктора радио…
— Жестокая ты стала… Вся в отца своего пошла… Он тоже был холодный человек…
Ганна резко поднялась с дивана и отбросила полотенце прочь – энергия вернулась к ней мгновенно:
— Давай ближе к делу говорить будем… Данилу нужно тридцать тысяч гривен прямо сегодня! Иначе штрафы пойдут сверху!.. У тебя ведь теперь зарплата приличная – тебе это копейки…