Она больше не подбирала слова и не пыталась смягчить углы.
— Твоя мама рассчитывает, что я возьму на себя весь её юбилей бесплатно, — произнесла Алина ровно, но жёстко. — Не просто помогу, а найду место, всё организую, испеку торт и преподнесу это как подарок. Причём праздник ей нужен не скромный, а такой, чтобы все родственники ахнули. Вот только один вопрос: кто, по-твоему, должен за всё это платить?
Дмитрий на этот раз не отмахнулся сразу. Он замолчал, нахмурился, словно впервые действительно задумался над тем, что слышит.
— Ну… всё-таки юбилей, — начал он осторожно, уже без прежней уверенности. — Круглая дата. Может, можно как-то… сделать ей приятно?
— Дмитрий, — Алина посмотрела на него прямо, и в её голосе появилась твёрдость, которой он раньше почти не слышал, — сделать приятно — это прийти с букетом, сказать хорошие слова, помочь расставить тарелки или подсказать с меню. А то, чего хочет твоя мама, — это совсем другое. Она хочет, чтобы я вложила свои силы, своё время и свои деньги в праздник, за который потом отвечать буду я, а все комплименты и удовольствие достанутся ей.
Дмитрий не нашёл, чем возразить. Впервые за долгое время в нём шевельнулось неприятное сомнение: а что, если Алина действительно права?
И тогда она приняла решение. Да, она поможет Маргарите Сергеевне. Выполнит всё, о чём та так настойчиво просила. Только сделает это не так, как от неё ожидали.
Алина занялась подготовкой по-настоящему. Она подобрала зал — светлый, просторный, с красивым интерьером и удачным расположением. Через знакомого владельца ресторана договорилась об обслуживании, обсудила меню, посадку гостей, подачу блюд. Потом испекла торт — высокий, многоярусный, украшенный живыми цветами, безупречно собранный и настолько эффектный, что возле него действительно хотелось останавливаться и рассматривать каждую деталь.
Но в этот раз она заранее позаботилась об одном важном условии. Заказ на торт был оформлен официально через её студию, по полной стоимости, как для любого клиента. Сумму включили в общий расчёт ресторана. С администратором Алина договорилась отдельно: в конце вечера Маргарите Сергеевне принесут единый счёт — за аренду зала, обслуживание, блюда, напитки и торт.
Сам юбилей прошёл именно так, как и мечтала свекровь. Маргарита Сергеевна сияла. В новом платье она переходила от одного гостя к другому, принимала поздравления, кокетливо улыбалась, благодарила за комплименты и с удовольствием позировала на фоне богато накрытых столов. Возле торта она задерживалась особенно охотно, каждый раз повторяя:
— Это мне невестка сделала. Представляете, какая у меня умница?
Родственники Дмитрия тоже не жалели восторгов. Его сёстры хвалили оформление зала, тётки восхищённо рассматривали сладкий стол, кто-то из дальних родственников вполголоса сказал соседу:
— Вот повезло Маргарите Сергеевне с невесткой. Всё организовала, да ещё и бесплатно, наверное.
Алина слышала эти слова, но не спорила. Она сохраняла спокойное, почти безмятежное выражение лица. Ей не нужно было никого переубеждать сейчас. Она знала: через несколько часов эта удобная для всех иллюзия сама рассыплется.
Дмитрий весь вечер поглядывал на жену с каким-то новым, настороженным вниманием. Он видел, что она ведёт себя иначе. Без суеты, без попыток угадать чужое настроение, без привычного желания всем угодить. В её движениях появилась собранность, в осанке — достоинство, в улыбке — спокойная дистанция. Дмитрий чувствовал: происходит что-то важное, но пока не мог до конца понять, что именно.
Постепенно праздник начал затихать. Гости один за другим прощались, забирали верхнюю одежду, благодарили хозяйку вечера и расходились. В зале остались только самые близкие: Дмитрий, его сёстры с мужьями, несколько родственников, которые обычно задерживались до последнего. Именно тогда к столу подошёл официант и положил перед Маргаритой Сергеевной аккуратную папку со счётом.
Она взяла её с тем небрежным жестом человека, который привык, что подобные вопросы решает кто-то другой. Открыла, скользнула взглядом по строкам — и резко побледнела.
— Это что такое? — выдохнула она, уже не скрывая испуга. — Что это за сумма? Тут всё посчитано полностью… и зал, и обслуживание… и торт тоже?
Маргарита Сергеевна повернулась к Алине. В её взгляде было ожидание привычного сценария: сейчас невестка смутится, вскочит, побежит к администратору, всё «уладит», возьмёт расходы на себя или хотя бы сделает вид, что так и должно быть.
— Алиночка, ты же сама договаривалась с рестораном, — сказала она с натянутой улыбкой. — Попроси их пересчитать. Тут явно какая-то ошибка.
И в этот момент Алина произнесла именно то, что давно должна была сказать:
— Маргарита Сергеевна, к сожалению, я ничем не смогу помочь. Свой телефон я оставила дома, поэтому оплатить счёт придётся вам.
Свекровь застыла. Вместе с ней будто замерли и все остальные. Разговоры стихли, вилки перестали звенеть о тарелки, даже воздух в зале словно стал холоднее.
— Как это… оставила дома? — растерянно пробормотала Маргарита Сергеевна. — Ты же весь вечер фотографировала. Я видела у тебя телефон.
— Это был не мой, — спокойно ответила Алина. — Администратор дал мне аппарат, чтобы я сделала несколько снимков торта для рекламы студии. А свой я действительно забыла дома.
Она выдержала короткую паузу и обвела взглядом притихших родственников.
— И даже если бы телефон был при мне, я всё равно не понимаю, почему именно я должна оплачивать ваш юбилей. Я помогла с организацией, договорилась о хорошем зале, испекла торт и проследила, чтобы праздник прошёл красиво. Это моя работа и моя помощь. Но расходы за торжество несёт хозяйка вечера.
В её голосе не было ни злорадства, ни раздражения. Только спокойная уверенность человека, который слишком долго молчал, а теперь наконец позволил себе назвать вещи своими именами.
Маргарита Сергеевна несколько раз открыла рот, но не произнесла ни слова. Она выглядела так, будто её внезапно лишили привычной опоры. Всю жизнь рядом находился кто-то, кто решал за неё неудобные денежные вопросы: сначала муж, потом дети, а теперь она уже почти записала в этот список невестку — удобную, трудолюбивую и, как ей казалось, доступную по первому требованию.