— За работу ты получал более чем достойную зарплату и премии, о которых многие могли только мечтать, — ровно ответила Наталья, даже не отступив. — Эти деньги уходили на наш дом, поездки, счета, покупки, на ту самую жизнь, которую ты теперь так легко перечеркиваешь. У тебя были представительские расходы, служебная машина, костюмы за бешеные деньги. Но вытаскивать из кассы фирмы три миллиона гривен на новую игрушку для любовницы я тебе не дам. Корпоративную карту заблокировали час назад. Доступ к клиент-банку закрыт. Автомобиль, ключи от офиса и рабочий ноутбук сдашь сегодня, до конца дня.
Кристина медленно разжала пальцы и отпустила руку Сергея. Потом, словно ненароком, отступила на шаг. В ее ухоженном лице не дрогнул ни один мускул, но в пустоватых красивых глазах явно что-то быстро просчитывалось.
— Сереж, я что-то не поняла… — протянула она уже совсем другим тоном. — Ты разве не владелец всего этого? У тебя что, даже на машину денег нет?
— Кристина, подожди, — Сергей резко обернулся к ней и попытался ухватить за запястье. — Это недоразумение. Сейчас мы разберемся, я все решу.
Но девушка легко выскользнула из его пальцев, будто заранее ждала этого движения.
— Я подам на тебя в суд! — снова сорвался он на Наталью, лицо его налилось темной краской. — Будем делить имущество как совместно нажитое! Думаешь, все себе оставишь? Ничего подобного. Я докажу, сколько вложил в эту фирму. Ты еще пожалеешь!
— Подавай, — без малейшего волнения произнесла Наталья. — Мои юристы с удовольствием покажут документы, подтверждающие, что компания была создана до нашего брака. А тебе, Сергей, придется объяснять уже не мне, а налоговой и суду, куда исчезли товарные остатки с третьего склада за прошлый год. Особенно с учетом того, что бумаги по ним ты так и не подписал. Я назначаю полную проверку за все три года, пока ты занимал должность директора. И если аудиторы найдут недостачу, подлог или любую финансовую схему с твоим участием, мой встречный иск будет уже не о разделе имущества, а о растрате.
Слово «аудит» ударило по Сергею сильнее пощечины. Еще секунду назад он пылал яростью, готовый крушить все вокруг, а теперь будто резко остыл. Он прекрасно понимал, что за его громкими разговорами о таланте и деловой хватке скрывались не самые чистые методы. Несколько раз именно жесткая осторожность Натальи не позволила ему перейти черту, за которой начинались настоящие неприятности. Теперь эта черта придвинулась вплотную.
Вся его напускная уверенность осыпалась на глазах. Посреди приемной стоял уже не победитель, не хозяин положения, а растерянный, внезапно постаревший мужчина, которому нечего было противопоставить холодным фактам.
— Сереж, ты же мне обещал, — капризно сказала Кристина, уже почти у выхода. — Я из-за тебя от Алексея ушла. Если машины не будет, мне весь этот цирк ни к чему. Позвонишь, когда разберешься со своей бывшей и с проблемами.
Она резко развернулась, дорогие полы пальто взлетели вокруг стройных ног, и девушка быстро зашагала по коридору. Ее каблуки звонко отбивали ритм по полу, и этот звук еще долго отдавался в напряженной тишине офиса.
Сергей дернулся было следом, сделал полшага, но остановился. Плечи его опустились.
— Наташа… — голос его стал тише, почти просительным. — Зачем ты так? Мы ведь столько лет вместе прожили. Давай без скандала, спокойно поговорим. Может, я и правда перегнул с Кристиной. Ну бес попутал, кризис, сама понимаешь…
Эти жалкие попытки оправдаться оказались для Натальи куда противнее, чем его недавняя ярость. Крики хотя бы были честными. А теперь перед ней стоял человек, готовый за минуту отказаться и от любовницы, и от угроз, лишь бы спасти удобное место возле ее денег. Внутри поднялась не боль и даже не обида — только холодная брезгливость.
Наталья подошла к столу секретаря и нажала кнопку селектора.
— Охрана, зайдите в приемную. Проводите бывшего сотрудника к выходу. Проследите, чтобы из кабинета он забрал исключительно личные вещи. Документы, техника и служебные носители остаются на месте.
Сергей хотел что-то сказать, но слова застряли у него в горле. Через минуту появились двое охранников, и ему пришлось молча пройти мимо Натальи. Дверь за ним закрылась глухо и окончательно.
Только тогда она позволила себе глубоко выдохнуть. Напряжение, которое последние дни стягивало спину, будто тугой металлический обруч, начало понемногу отпускать. Наталья вернулась в кабинет, прикрыла за собой дверь и остановилась у окна.
За стеклом жил обычный день: ехали машины, спешили люди, где-то сигналили в потоке. А у нее за несколько минут закончилась целая эпоха. Странно, но страха не было. На его месте появилось другое чувство — ясное, сильное, почти забытое предвкушение.
Она села за рабочий стол и придвинула к себе верхнюю папку. Первым в стопке лежал договор на прямые поставки эксклюзивной итальянской плитки. Сергей полгода откладывал подпись, называл условия сомнительными, твердил о рисках и требовал «не торопиться».
Наталья открыла последнюю страницу, взяла ручку с золотым пером — ту самую, которую когда-то купила себе на первую серьезную прибыль, — и уверенным красивым почерком расписалась в строке: «Генеральный директор».
С этого момента начиналась ее новая глава. Уже без оглядки. Уже полностью самостоятельная.