— Вашей бабушке её дали за то, что она сдала всю свою семью в тридцатые годы. Эту квартиру не выдали, её освободили от «врагов народа», среди которых была и моя прабабка. Мы десятилетиями собирали документы. Я пришла сюда не за жильем, Лена. Я пришла за своим.
Лена почувствовала, как по спине пробежал холод. Интрига приобретала зловещий оборот. Выяснилось, что Марина и её «брат» (оказавшийся профессиональным черным риелтором) долго выслеживали Ариадну Николаевну.
Грибы… не были ли они случайностью? Бабушка никогда не покупала еду с рук. Могла ли Марина подстроить ту встречу на рынке?
Часть IV: Крушение иллюзий
В последующие дни жизнь превратилась в кошмар. Марина перестала притворяться.
Она открыто заявила права на часть имущества, утверждая, что у неё есть доказательства незаконной приватизации квартиры в девяностые годы, когда Ариадна Николаевна пользовалась связями, чтобы скрыть темное прошлое жилья.
— Уходи по-хорошему, — советовал «брат» Руслан, преграждая Лене путь на кухню. — Подпиши дарственную на долю, и мы позволим тебе дожить здесь в одной комнате. Или мы поднимем такие архивы, что тебя вышвырнут на улицу как наследницу преступницы.
Лена металась. Она пыталась звонить Соломону Марковичу, но телефон старика молчал. Когда она доехала до его лавки, та была закрыта и опечатана. Лена поняла: она одна против системы, которую выстроили эти люди.
Последней каплей стал рояль. Однажды, вернувшись из консерватории, она обнаружила, что инструмент вскрыт. Марина искала тайники в деке.
— Твоя бабка была умной, — кричала она. — Где золото? Где камни, которые она забрала у моих предков, прежде чем их увезли на расстрел?
Лена забилась в свою комнату. Она смотрела на портрет бабушки. Ариадна Николаевна смотрела со стены строго и гордо. Была ли она монстром? Или Марина просто безумная мстительница? Правда больше не имела значения. Дом был осквернен.