— …Окна мутные, света почти не пропускают. В доме темновато. А суп на плите — это, по-вашему, навар? Да это же просто подкрашенная вода. Разве так кормят растущего ребёнка? Я в твоём возрасте и на работу успевала, и квартира сверкала. И Тарас у тебя какой-то робкий, всё к тебе жмётся. Конечно, сидит постоянно дома, людей не видит — так и одичает. Мы-то своих детей во дворе всей гурьбой растили, с малых лет к обществу приучали!
В кухне будто потянуло грозовой прохладой. Любая другая невестка на месте Оксаны поспешила бы оправдываться: мол, сын почти не спит по ночам — зубки режутся, окна в такой холод мыть невозможно, а суп лёгкий — по совету педиатра.
Но Оксана поступила иначе. Она медленно вдохнула, так же спокойно выдохнула, мысленно выстроила границы — и вдруг расцвела широкой улыбкой.
— Олена Павловна, как же замечательно, что вы приехали! — воскликнула она с таким искренним восторгом, что тот невозможно было заподозрить в притворстве. — Вы правы буквально во всём. Я правда не справляюсь, иногда руки опускаются. Дом — полностью в вашем распоряжении. Научите меня, как правильно. Я буду делать так, как вы скажете!
Свекровь удовлетворённо кивнула, не скрывая удовольствия. Она почувствовала, что контроль в её руках. Ловушка тихо сомкнулась — только вот не совсем так, как ей представлялось.
Утром Олена Павловна проснулась с ощущением собственной значимости и предвкушением наставничества. Однако одного она не учла: Оксана не собиралась наводить порядок под её наблюдением. Она намеревалась перенимать опыт непосредственно у мастера.
После завтрака невестка торжественно расставила на столе целый арсенал: чистящие средства, щётки, салфетки, губки.
— Мама, вы вчера так точно подметили про плиту и мойку. У меня всё время разводы остаются! Я полночи думала: как вам удаётся добиться такого блеска? Покажите, пожалуйста. Я даже блокнот приготовила — запишу рецепт вашего раствора и правильные движения.
Польщённая признанием своего авторитета, Олена Павловна засучила рукава и решительно взялась за работу. Оксана не отходила ни на шаг: восхищённо ахала, расспрашивала о мелочах, уточняла пропорции и последовательность действий. Сама она за весь день так и не притронулась ни к одной тряпке, зато к вечеру кухня сияла стерильной чистотой, а на плите томился густой, «как положено», борщ. Ноги у Олены Павловны ныли, спина напоминала о возрасте.
Но план Оксаны только начинал разворачиваться.
На третий день ровно в восемь утра она бодро постучала в дверь гостевой комнаты.
— Мама, доброе утро! Я всю ночь глаз сомкнуть не могла, всё вспоминала ваши слова про антресоли и балкон. Там же, наверное, столько ненужного накопилось! Какая тяжёлая энергетика от этого беспорядка… Мне просто необходимо разобраться во всём под вашим чутким руководством.