— И зачем ты всё это продолжаешь? — Алина устало закатила глаза.
Они сидели у неё на кухне: Наталья держала в руках чашку с чаем, Алина напротив, и по её лицу было видно, что терпение давно закончилось.
— Ты же сама понимаешь: пройдёт неделя, максимум две или три, Дмитрий опять найдёт, к чему прицепиться, раздует ссору и снова начнёт молчать, будто его смертельно оскорбили. Наташ, ты правда думаешь, что у тебя где-то в запасе лежит вторая жизнь? — добавила она уже тише, но ещё жёстче.
Наталья опустила взгляд.
— Я сама не знаю, зачем так делаю. Наверное, это уже какая-то зависимость. Мне иногда кажется, что я смогу выдохнуть только в тот момент, когда он сам уйдёт от меня.
— Он уйдёт от тебя лишь тогда, когда найдёт женщину побогаче и поудобнее, — Алина посмотрела на подругу с таким выражением, будто не сомневалась в своих словах ни на секунду.
Наталья резко подняла глаза.
— Знаешь, порой мне кажется, что ты специально это говоришь. Ты ведь сама одна. Ещё и дочь растишь без мужа. Может, тебе просто хочется, чтобы и я осталась одна?
Алина даже не сразу нашлась, что ответить. Она смотрела на Наталью с искренним изумлением.
— Ты ещё скажи, что я мечтаю увести у тебя Дмитрия, — произнесла она наконец.
Наталья смутилась и отвела взгляд.
— Подожди… Ты что, и правда так думаешь? — Алина недоверчиво усмехнулась. — Вот это уже сильно, Наташа. Очень сильно.
Она замолчала на несколько секунд, а потом, уже без прежнего раздражения, сказала:
— Мне кажется, тебе пора домой.
— Ты меня выгоняешь? Я не хотела тебя задеть. Просто… иногда мне правда так кажется.
— Наталья, тебе лучше уйти, — повторила Алина.
— Хорошо, — Наталья поднялась из-за стола, прошла в прихожую и начала одеваться.
Алина вышла следом и, прислонившись к дверному косяку, добавила:
— Раз уж сегодня у нас день честности, скажу ещё одно. Я думаю, Дмитрий бросит тебя, если ты забеременеешь. Потому что после появления ребёнка он перестанет быть главным человеком в твоей жизни, а он такого не вынесет.
— Это всего лишь твои фантазии, — холодно ответила Наталья и вышла из квартиры.
Слова Алины задели её до глубины души. Наталья была настолько зла, что по дороге домой решила: больше она с этой подругой общаться не станет.
После той ссоры с Алиной в жизни Натальи, по сути, ничего не поменялось. Дмитрий, как и раньше, придирался по мелочам, устраивал сцены, потом демонстративно молчал. Она снова подавала на развод, он опять изображал раскаяние, просил прощения, уговаривал забрать заявление. Наталья сдавалась, и на какое-то время между ними начиналось нечто похожее на медовый месяц. А затем всё повторялось: обида, скандал, молчание, заявление, примирение. Один и тот же круг, из которого она никак не могла выбраться.
На работе тоже всё оставалось ровно и предсказуемо. Там хотя бы не было эмоциональных качелей, и эта стабильность казалась Наталье почти спасением.
В то утро она проснулась внезапно. Не от звонка будильника, не от шума за окном — просто резко открыла глаза и сразу почувствовала: что-то не так. Но что именно, понять не могла.
Она поднялась с кровати и пошла в ванную. Машинально взяла зубную щётку, выдавила пасту, включила воду — и вдруг застыла.
«У меня задержка», — пронеслось у неё в голове.
А следом пришла другая мысль, неожиданная и почти радостная:
«Наконец-то».
В эту секунду Наталья поняла то, в чём долго боялась признаться даже самой себе. Она очень хотела ребёнка. Просто из-за вечной неопределённости с Дмитрием запрещала себе об этом думать, будто желание материнства было чем-то опасным и несвоевременным.
Она положила щётку обратно, выключила воду и почти бегом направилась к мужу. Хотя они как раз снова были в ссоре и жили каждый в своём углу.
— Дима! Дмитрий! — Наталья ворвалась к нему в комнату так стремительно, будто за ней гнался ветер. — Послушай, мне кажется, я беременна!
— Что? Что ты сейчас сказала? — Дмитрий растерянно захлопал глазами.
— У меня задержка. И вполне возможно, что я беременна. Ты… ты обрадуешься, если это правда?
— Наташ, не пугай меня так, — он нахмурился. — Я уже решил, что ты говоришь о чём-то точном. Какая задержка?
— Примерно две недели.
Дмитрий помрачнел.
— Плохо. Знаешь, Наталья, я понял, что детей не хочу. Но если ты всё-таки решишь рожать, я буду платить тебе алименты, — произнёс он почти спокойно.
И в этот момент Наталья ясно поняла: Алина оказалась права и здесь. А значит, скорее всего, права она была и в том, что однажды Дмитрий без особых сожалений обменяет её на более выгодный вариант.