По утрам Оксана спокойно могла оставить у мойки целую башню грязных тарелок и чашек.
— Марин, ты же всё равно никуда не спешишь, поставь это в посудомойку, ладно?
После обеда от неё прилетал звонок:
— Слушай, забери, пожалуйста, моё пальто из химчистки, тебе же по пути.
К вечеру появлялась новая просьба:
— Ты завтра собиралась в центр? Тогда занеси заодно Дмитрию бумаги.
А в один из дней, вернувшись с прогулки, я обнаружила на кухонном столе листок, придавленный солонкой.
«Марин, купи курицу, овощи, сливки и приготовь что-нибудь к семи. Мы задержимся».
Я несколько минут просто смотрела на эту записку.
Потом достала телефон и сфотографировала её.
Сама не могла бы объяснить, зачем. Наверное, в тот момент мне впервые понадобилось доказательство, что всё это не плод моей обиды и не преувеличение.
Ровно к семи они и правда вернулись.
Дмитрий снял верхнюю одежду, прошёл к кухне, заглянул внутрь и удивлённо спросил:
— А где ужин?
— Нигде, — ответила я.
Он замер на месте.
— То есть как?
— Так и есть.
Следом в кухню вошла Оксана.
— Ты записку не нашла?
— Нашла.
— И почему тогда ничего не сделала?
— Потому что я приехала отдыхать.
На несколько секунд в квартире стало так тихо, что было слышно, как с зонта Дмитрия на пол в прихожей падают капли воды.
— Господи, — Оксана устало подняла глаза к потолку. — Я всего один раз попросила помочь.
— Нет, Оксан. За эти четыре дня ты уже попросила меня загрузить посуду, сходить в химчистку, отвезти документы, купить продукты и приготовить вам ужин.
— Вам? — она сразу зацепилась за это слово. — А ты тут, между прочим, тоже питаешься.
— Питаюсь. На свои деньги.
Дмитрий снял часы и аккуратно положил их на тумбу.
— Марина, давайте только без сцен. Вы живёте у нас бесплатно.
Вот тут у меня будто воздух закончился.
— Что?
— Дим, — негромко сказала Оксана, но в её тоне не было ни возмущения, ни попытки меня защитить. Скорее это звучало как предупреждение: не лезь дальше.
Но он уже не остановился.
— А что я такого сказал? Квартира в нормальном районе. Если бы вы сняли номер в гостинице, сколько бы платили? Тысячи три гривен за сутки, если не больше. Мы с вас ничего не берём. Но купить продукты и иногда помочь по дому — вполне естественная благодарность.
— Дмитрий, меня сюда позвала сестра.
— И что?
— Что значит «и что»?
— Родственные отношения не отменяют расходов.
Я перевела взгляд на Оксану.
До последнего ждала, что сейчас она одёрнет мужа, скажет ему замолчать, объяснит, что он перегнул.
Но она только устало провела пальцами по виску.
— Марин, по сути он прав. Просто сказал неудачно.
И именно тогда мне стало по-настоящему ледяно внутри.
Не больно.
Не неловко.
А холодно.
Потому что напротив стояла моя родная сестра. Та самая, с которой в детстве мы спали на одной кровати в тесной комнате родительской квартиры, делили пополам последнюю шоколадку и клялись, что никогда не станем чужими людьми.
А теперь она пересчитывала моё присутствие в своём доме через метры, продукты и стоимость гостиницы.
— Хорошо, — сказала я наконец. — Завтра сниму номер и перееду.
— Ну конечно, началось, — Оксана всплеснула руками. — С тобой невозможно разговаривать! Сразу демонстрация.
— Разговаривать можно.
— Тогда почему ты опять дуешься?
— Я не дуюсь. Я просто делаю выводы.
Она шагнула ближе.
— Ты всегда такой была. Гордыня выше крыши. Лучше последние деньги отдашь, лишь бы доказать, какая ты самостоятельная.
— А ты всегда была другой, — тихо сказала я. — Просто раньше я называла это практичностью.
Оксана заметно побледнела.
— Это ты к чему сейчас?
— Ни к чему.
Я ушла в комнату и закрыла за собой дверь.
А ночью случилось то, после чего вся эта история окончательно повернула в другую сторону.
Примерно в половине второго я проснулась от приглушённых голосов. Сначала подумала, что Оксана с Дмитрием включили телевизор. Но через минуту поняла: они разговаривают. Нет, даже не разговаривают — ссорятся шёпотом.
Их спальня была через коридор, а ночью в квартире каждый звук становился отчётливым.
— Зачем ты вообще начал при ней говорить про квартиру? — раздражённо прошипела Оксана.
— А что не так?
— Она может матери проболтаться.
— И что с того?
— Дим, ты не понимаешь.
Повисла пауза.
Потом он произнёс:
— Твоя мать уже десять лет сюда носа не показывала.
У меня перехватило дыхание.
— Всё равно, — ответила сестра. — Пока бумаги не оформлены до конца, я не хочу никаких лишних разговоров.
Бумаги?
Я медленно села на диване.
— Ты же сама говорила, что вопрос почти закрыт, — продолжал Дмитрий.
— Почти — это не закрыт.
— Оксан, квартира и так практически твоя.
— Практически — да. А по документам половина до сих пор принадлежит маме.
Я застыла.
Половина — мамина?
Эту квартиру Оксана всегда называла своей. Всем рассказывала, что они с Дмитрием купили её пять лет назад, влезли в огромную ипотеку, тянули её из последних сил. Именно этой ипотекой Дмитрий сегодня объяснял, почему я должна сама оплачивать продукты и быть благодарной за крышу над головой.
Я поднялась и бесшумно подошла ближе к двери.
— А если Маринка узнает? — спросил Дмитрий.
— Не узнает.
— А если мать вдруг решит оставить ей свою долю?
В ответ наступила такая тишина, что у меня зазвенело в ушах.
А потом Оксана сказала фразу, после которой я уже не смогла лечь обратно и сделать вид, что ничего не слышала.
— Поэтому я и уговариваю маму сейчас оформить дарственную.
Утром я промолчала.
Оксана, наоборот, была непривычно ласкова.
— Марин, кофе будешь?
Я посмотрела на неё внимательно.
— Буду.
— Я тебе ещё омлет приготовила.
На столе и правда стояла третья тарелка.
Я едва не рассмеялась.
Ещё вчера мне фактически объясняли, что кофе я должна покупать сама, а сегодня передо мной внезапно появился завтрак.
— Спасибо, — сказала я.
Дмитрий за столом почти не поднимал глаз.
После завтрака я сказала, что выйду прогуляться, а сама свернула в тихий двор и позвонила маме.
Она взяла трубку почти сразу.
— Мариночка, ну как ты там? Оксаночка тебя по городу поводила?
Я прикрыла глаза.
— Мам, можно я кое-что спрошу?
— Конечно, доченька.
— Кому на самом деле принадлежит квартира Оксаны?
На том конце провода сразу стало тихо.
— А почему ты спрашиваешь?
— Просто ответь, пожалуйста.
Мама тяжело вздохнула.
И начала рассказывать.
Пять лет назад Оксана с Дмитрием действительно решили купить просторную квартиру, но на первый взнос им не хватало.