— Я хотела, чтобы ты понял, с кем живешь! — воскликнула свекровь, вскакивая. — Она тебя не ценит! Она разрушит твою жизнь! Я просто хотела открыть тебе глаза!
Оксана встала. Она выглядела удивительно спокойной.
— Выбирай, Андрей. Или ты ставишь мать на место сегодня. Или завтра мы встречаемся в суде. Но есть одно «но». Если мы идем в суд, эта папка становится достоянием общественности. И твои коллеги, и твои друзья, и органы опеки узнают, в какой среде рос Миша.
Андрей посмотрел на мать. Впервые в жизни он видел её не как мудрую наставницу, а как опасного, одержимого манипулятора.
А потом он посмотрел на Оксану. В её глазах не было ненависти — только бесконечная усталость и решимость дойти до конца.
— Мама, — голос Андрея дрогнул, но не сломался. — Тебе нужно уехать. Сейчас.
— Куда?! В ночь?! — взвизгнула Тамара Ильинична.
— К себе в область. Я вызову такси. Все твои вещи я привезу в субботу.
— Ты выгоняешь родную мать из-за этой женщины?! — Свекровь задыхалась от возмущения.
— Я спасаю свою семью от твоей любви, мама. Потому что твоя любовь убивает всё живое вокруг.
Глава 5: Послевкусие
Тамара Ильинична уехала через сорок минут. Она уходила молча, бросая на Оксану взгляды, полные яда, но та уже не чувствовала их уколов. Когда дверь за свекровью закрылась, в квартире стало пугающе тихо.
Андрей сидел на диване, закрыв лицо руками.
— Прости меня, Окс. Я был слеп. Я думал, это просто женские терки…
— Нет, Андрей. Это не терки. Это была борьба за выживание.
Оксана подошла к окну. Октябрьский дождь смывал пыль с улиц.
— Я не знаю, сможем ли мы это пережить, — честно сказала она. — Доверие — вещь хрупкая. Сейчас мне кажется, что я живу в чужом доме с чужим человеком.
— Я всё исправлю, — пообещал он, но в его голосе не было прежней уверенности.
Глава 6: Финал. Разрыв шаблона
Прошло три месяца. Тамара Ильинична больше не появлялась на Фрунзенской. Андрей звонил ей раз в неделю, коротко отчитываясь о делах, но больше не позволял ей вмешиваться в воспитание Миши. Оксана пошла на терапию, пытаясь склеить осколки своей самооценки.
Казалось, жизнь налаживается. До одного вечера.
Оксана вернулась с работы и увидела Андрея на кухне. Он сидел точно так же, как его мать когда-то — с идеально прямой спиной, попивая чай. На столе лежала та самая синяя папка.
— Знаешь, — сказал он, не оборачиваясь. — Я перечитал всё это. Внимательно. Мама, конечно, действовала грубо. Но в одном она была права.
Оксана застыла.