— Купи красную рыбу, только выбери хорошую, не такую, как тогда, — голос Дмитрия доносился из ванной глухо, будто издалека: дверь была прикрыта, а вода шумела почти без остановки. — И сыр возьми нормальный. Мама этот твой дешёвый «пластик» есть не станет, у неё потом изжога. Да, вино тоже не забудь. Кристина сухое не пьёт, ей нужно полусладкое. Но смотри, не какую-нибудь кислую дрянь.
Мария ничего не сказала. Она аккуратно воткнула булавку в подол тёмно-синего платья, над которым возилась с самого утра, и медленно распрямилась. В спине, между лопатками, привычно кольнуло — так бывало почти каждый день после долгих часов за машинкой. Она посмотрела на часы на стене. Половина второго. К пяти должны были приехать гости, а заказ для постоянной клиентки всё ещё не был готов. В квартире не убрано, продукты не куплены, а список, который муж только что перечислил, означал минимум полчаса в супермаркете и весьма ощутимые траты. Причём траты из тех денег, которые Мария заработала сама — своими руками, ночами сидя за швейной машинкой.
Машинка тихонько гудела, словно ждала, когда хозяйка снова нажмёт на педаль. Этот ровный звук Мария любила: он действовал на неё успокаивающе, давал ощущение порядка и опоры. Совсем не так, как её брак с Дмитрием. В последние месяцы он всё больше напоминал неудачно сшитое пальто: материал вроде бы дорогой, фасон современный, а наденешь — в одном месте тянет, в другом сборит, и ни развернуться нормально, ни вдохнуть полной грудью.
Она поднялась из-за рабочего стола, осторожно сняла недошитое платье с манекена, повесила на плечики и спрятала в чехол. Заказ придётся отложить до завтра. Сейчас ей следовало срочно превратиться в безупречную хозяйку, потому что приезды свекрови, Надежды Павловны, и золовки Кристины всегда разворачивались по знакомому сценарию. Сначала — внимательный осмотр плинтусов и углов, потом — проверка содержимого холодильника, а дальше — долгие, вязкие разговоры о том, как тяжело Дмитрию одному тащить на себе семью.
Квартира, где они жили, принадлежала Марии. Она получила её от бабушки задолго до знакомства с будущим мужем. Ремонт здесь тоже делала она: сама выбирала обои, плитку для ванной, светильники, шторы, каждую мелочь. Дмитрий когда-то появился на пороге с двумя спортивными сумками и огромными планами на прекрасное будущее. Только эти планы почему-то раз за разом требовали денег, и деньги эти неизменно находились у Марии. Сначала понадобилось оплатить Дмитрию курсы повышения квалификации. Потом была провальная попытка запустить собственное дело по продаже каких-то автозапчастей. Затем — машина.
Автомобиль купили в кредит, оформленный на Марию, потому что на тот момент у Дмитрия не было официального дохода. Теперь он уже работал менеджером по логистике и получал стабильную зарплату, но его деньги странным образом исчезали почти сразу после поступления. Коммунальные платежи, продукты, бытовая химия, мелкие расходы и даже корм для кота — всё это Мария оплачивала из своих заработков за шитьё.
— Ты вообще слышишь, что я говорю? — Дмитрий вышел из ванной, вытирая мокрые волосы пушистым полотенцем, которое Мария купила всего неделю назад. — Я сказал: рыбу возьми хорошую. И сделай тот салат с креветками, который мама любит.
— Слышу, — спокойно ответила Мария, снимая с крючка в прихожей пальто. — Рыба, сыр, вино, креветки. Ещё что-нибудь?
— На горячее тоже придумай что-то достойное. Мясо запеки. Только не пересуши, как в прошлый раз.
Мария не стала отвечать. Она просто вышла из квартиры в прохладный подъезд. Осенний воздух коснулся лица, и ей показалось, будто стало чуть легче дышать. До супермаркета она шла на автомате: перебирала в голове рецепты, прикидывала последовательность готовки и одновременно считала, во сколько всё это обойдётся. В кошельке лежали деньги, которые она откладывала на новый оверлок. Старый давно начал капризничать: на тонких тканях пропускал стежки, неровно тянул нитку, и покупка нового была не прихотью, а рабочей необходимостью. Теперь часть этой суммы должна была уйти в кассу магазина.
У рыбной витрины Мария задержалась надолго. Она перебрала взглядом несколько кусков и выбрала самый аккуратный, ровный и свежий на вид ломоть форели. Потом положила в тележку дорогой сыр с плесенью, банку хороших маслин, отборные креветки и кусок свежей телятины. С каждым новым продуктом тележка становилась тяжелее, а настроение — всё мрачнее. Мария вдруг поймала себя на том, что совсем не хочет идти домой. Не хочет вставать к плите, не хочет драить кухню, не хочет выслушивать замечания свекрови и терпеть снисходительные взгляды Кристины. Ей хотелось свернуть в парк, купить кофе в бумажном стаканчике, сесть на скамейку и просто смотреть, как жёлтые листья кружатся и падают на дорожки. Но вместо этого она расплатилась на кассе, взяла тяжёлые пакеты и пошла обратно.
Дома её встретили тепло кухни и глухая тишина. Дмитрий расположился на диване в гостиной, уткнувшись в телефон. Из телевизора монотонно бормотал какой-то спортивный канал.
— Купила? — лениво донеслось из комнаты.
— Купила.
— Отлично. Я пока немного полежу. На работе всю неделю был завал, спина отваливается.
Мария завязала фартук, тщательно вымыла руки и молча принялась за дело. Телятина отправилась в миску с пряностями мариноваться, а креветки уже закипали в подсоленной воде с укропом.