— Мария, ты зачем на веранду в уличной обуви идёшь? Мы тут недавно полы отмыли, а ты с участка всю землю несёшь. Обойди через задний вход, там коврик лежит.
Реплика сестры мужа прозвучала так резко и властно, будто именно она была здесь хозяйкой. Мария остановилась, сжимая в руках тяжёлые сумки с продуктами, и даже не успела переступить порог собственного загородного дома. На новом ротанговом диване, поджав под себя ноги, расположилась Ольга. Она неторопливо перелистывала блестящий журнал, а на маленьком столике перед ней стояла чашка кофе, от которой поднимался пар. Причём кофе был тот самый, дорогой, привезённый Марией для себя и спрятанный, как ей казалось, подальше.
Со стороны кухни слышался весёлый гул телевизора, вперемешку со звоном тарелок и кастрюль. Там уже распоряжалась свекровь, Тамара Ивановна.
Мария медленно поставила пакеты на деревянный настил веранды. В груди у неё поднялась тяжёлая, горячая волна раздражения, которую она старательно сдерживала не один день и даже не одну неделю. Этот участок и небольшой, но добротный двухэтажный дом из бруса были её личной победой. Она приобрела его ещё до брака, вложив туда все сбережения, силы и несколько лет бесконечной работы. Сама подбирала оттенок краски для стен, продумывала, где будут грядки, кусты и цветники, сама искала бригаду, чтобы пробурить скважину и установить автономный септик. Для неё это было не просто дачное место, а тихая крепость, где можно было выдохнуть после городского шума и изматывающей работы в финансовом отделе.
Андрей появился в её жизни уже потом. Мягкий, спокойный, не склонный спорить, он как-то естественно вошёл в её привычный уклад и не пытался изображать главного хозяина. Но вместе с Андреем в дом Марии постепенно вошли и его родственники.
Сначала всё выглядело вполне безобидно. В мае Тамара Ивановна стала жаловаться, что в городской квартире ей душно, а давление скачет всё чаще. Андрей осторожно попросил разрешения привезти мать на природу всего на пару дней. Мария тогда не стала возражать. Потом свекровь попросила задержаться ещё на недельку, уверяя, что хвойный воздух ей прямо-таки возвращает силы. Следом появилась Ольга: у неё внезапно начался ремонт, рабочие что-то красили, и, по её словам, жить среди запаха краски было решительно невозможно.
Так два дня незаметно превратились в целый месяц. Дом Марии постепенно оброс чужими пакетами, чужими халатами на крючках, чужими чашками в раковине и чужими порядками, которые почему-то начали считаться главными.
Мария молча сняла кроссовки, поставила их в угол ровной парой и прошла на кухню. Тамара Ивановна стояла у плиты и размешивала что-то в большой кастрюле.
— О, Мария приехала, — свекровь повернулась к ней, вытирая руки о фартук. Этот фартук Мария когда-то купила на ярмарке ручной работы и берегла для себя. — Мы тут супчик решили сварить. Только у тебя в морозилке нормального мяса не оказалось, одна сухая куриная грудка. Пришлось из неё бульон делать. В следующий раз купи свинины, пожалуйста. Наша Ольга таким диетическим не наедается.
— Здравствуйте, Тамара Ивановна, — сдержанно произнесла Мария и начала выкладывать покупки. — Эта грудка была для моего питания после тренировок.
— Ой, тоже мне, питание после тренировок, — пренебрежительно махнула рукой свекровь. — Обычным людям нужна обычная еда. Сыр ты взяла? Ольга просила тот, с плесенью.
Мария без единого слова поставила на стол пакет молока, овсянку, десяток яиц и овощи. Сыра с плесенью среди покупок не было. Тамара Ивановна сразу поджала губы, всем видом показывая недовольство, и демонстративно отвернулась к плите.
Позднее, когда Ольга с Тамарой Ивановной устроились в гостиной перед телевизором и заняли самые удобные места, Мария увела мужа на второй этаж, в спальню.
— Андрей, сколько ещё это будет продолжаться? — спросила она негромко, стараясь, чтобы звук не разлетался по деревянным стенам. — Твои родные живут здесь уже пятую неделю. И ведут себя так, будто это не они у меня в гостях, а я каким-то образом оказалась на их территории. Ольга сегодня отчитывала меня за то, что я вошла не через ту дверь.
Андрей устало провёл пальцами по переносице. Ссоры он не выносил и в любой неприятной ситуации предпочитал всё сгладить, отложить и сделать вид, что ничего серьёзного не происходит.
— Мария, ну потерпи ещё чуть-чуть, — попросил он. — У мамы в городе действительно давление поднимается, здесь ей легче. А Ольге сейчас правда некуда деваться, у неё рабочие полы заливают. Зачем ты сразу так остро реагируешь? Дом большой, места хватает всем.
— Мне не хватает, — твёрдо ответила Мария. — Я всю неделю вкалываю в офисе с утра до позднего вечера. Сюда я приезжаю не для того, чтобы выслушивать чужие команды и претензии. Я хочу отдыхать в собственном доме, а вместо этого каждый раз слышу, что купила не то мясо.