Когда Тарасу исполнилось десять, произошло то, во что уже никто не верил — Леся снова ждала ребёнка.
Медики лишь удивлённо переглядывались: возраст, диагноз Святослава… всё говорило о том, что надежды почти нет. И всё же случилось настоящее чудо. Однажды смущённый Тарас признался:
— Это я в прошлый Новый год загадал, чтобы у меня появилась сестричка или братик.
И в положенное время на свет появилась девочка. Хрупкая, светлоглазая, с крошечными пальчиками, которые цепко держались за жизнь, словно за дар небес. Их тихое счастье.
Леся была уверена, что прежние события давно остались позади и больше никогда не напомнят о себе. Но теперь, опираясь на дверной косяк, она вновь смотрела на женщину, с которой её связывали годы боли и слишком много невысказанного — того, к чему никто не хотел возвращаться.
Она провела Оксану на кухню, подала стакан воды, села напротив, сложив ладони на столе, и молча ждала, пока та соберётся с духом. Оксана начала негромко — будто проверяя, вправе ли позволить себе слабость. Затем голос окреп, а к концу рассказа сорвался на рыдания. Она говорила о внучке, о своей любимице, которую когда-то так яростно ограждала от Леси. Девочка выросла холодной и неблагодарной. Сначала обманом продала дом, затем через суд получила половину квартиры, реализовала свою долю, и Оксане пришлось какое-то время делить жильё с сомнительными людьми. Позже она и свою часть уступила им почти даром. Лишившись всего, Оксана внезапно осознала: единственный родной человек, который у неё остался, — это внук Тарас.
Леся слушала внимательно, замечая дрожь в её пальцах и потухший взгляд, в котором уже не было прежней надменности. Перед ней сидела не та властная женщина, что когда-то вытолкала её на улицу с младенцем на руках, а растерянная и надломленная старушка.
Когда Оксана вошла в гостиную, Тарас посмотрел на неё так серьёзно, что Леся на мгновение увидела в сыне и Александра, и Святослава одновременно. Бабушка шагнула к нему, но он чуть отступил — едва заметно, однако этого оказалось достаточно.
— Тарасе… — едва слышно произнесла она. — Внучек… скажи хоть что-нибудь. Я ведь… я всё потеряла… мне даже жить негде… ты у меня один остался…
Тарас лишь крепче сжал челюсти и медленно покачал головой.
— Те, кому я был нужен, всегда были рядом, — произнёс он спокойно, но твёрдо. — А вас я не знаю и знакомиться не хочу.
Оксана застыла. Она приоткрыла рот, словно собиралась оправдаться или попросить прощения, однако слова так и не нашлись. Опустив глаза и сгорбившись под тяжестью прожитых лет, она направилась к выходу.
Закрыв за ней дверь, Леся подошла к сыну и мягко коснулась его плеча.
— Тарас… — сказала она негромко. — Всё-таки она твоя бабушка. Да, когда-то поступила ужасно. Но, может быть, поняла свои ошибки. Или хотя бы пытается. Люди способны меняться.
Он отвёл взгляд. В его чертах появилась взрослая жёсткость, однако в глазах вспыхнула детская обида — та, что не исчезает бесследно. Леся и Святослав никогда не скрывали правды: сын знал и об отце Александре, и о бабушке, которая когда-то выставила их с матерью за порог.
— Мам, я не готов, — тихо ответил он. — Может быть, когда-нибудь. Но не сейчас.
Леся кивнула.
— Я не стану тебя принуждать. Это твой выбор. Всегда был и останется твоим.
Он обнял её крепко, по-взрослому, и Леся вдруг ощутила, как напряжение, державшее её весь день, постепенно отступает. В доме снова стало тепло и спокойно, словно само пространство наполнилось любовью.
Она понимала одно: бумеранг уже вернулся. Не потому, что она его метала — прошлое она отпустила давно. Просто судьба порой сама расставляет всё по местам.
Если однажды жизнь вновь сведёт их с Оксаной — значит, так тому и быть. Но навязывать встречи она не станет. Ни себе, ни сыну.
Имя *
Email *
Сайт
Комментарий
Сохранить моё имя, email и адрес сайта в этом браузере для последующих моих комментариев.