Сложенный пополам лист я в тот пятничный вечер положила на самый край блестящего кухонного стола — аккурат между солонкой и тарелкой, от которой ещё поднимался пар горячего жаркого.
Алексей сначала даже не счёл нужным податься вперёд и прочитать, что там написано. Он развалился на деревянном стуле, расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, усмехнулся с видом человека, который заранее всё понял, и язвительно спросил, много ли ночей я не спала, сочиняя этот душещипательный семейный спектакль.
Я ответила ему ровным голосом, без крика и лишних эмоций, что сценарий сегодняшнего вечера он написал сам — причём собственноручно и без моей помощи.
До этого момента мой супруг, кажется, был непоколебимо уверен: всё в нашей жизни движется именно так, как он задумал в своей великой стратегической голове.
А началась вся эта история в понедельник утром. Обычный рабочий день, офис, стопка документов на столе, квартальные отчёты, цифры, таблицы — и вдруг телефонный звонок, который поначалу показался совершенно рядовым.
Женщина с приятным, поставленным голосом представилась диспетчером крупной ремонтно-строительной фирмы и деловито уточнила, в какую половину дня во вторник нашей семье будет удобнее принять замерщика с лазерной рулеткой.
Сначала я решила, что произошла самая банальная ошибка: кто-то перепутал номер, набрал не туда, бывает.
— Девушка, вы, наверное, ошиблись, — сказала я. — Мы в ближайшие годы никакого серьёзного ремонта точно не планировали.
Но собеседница ничуть не растерялась. На том конце провода быстро защёлкали клавиши, после чего она уверенно и без запинки продиктовала адрес загородного дома моей матери — того самого дома в живописном посёлке неподалёку от Чернигова.
Вот тут я уже отложила отчёт в сторону и вся превратилась в слух.
Дом этот, крепкий, бревенчатый, на высоком кирпичном основании, с яблоневым садом за окнами, мама три года назад официально оформила на меня по договору дарения. Тогда она окончательно решила переехать в городскую квартиру, поближе к врачам и поликлинике. Мы с Алексеем ездили туда только в тёплый сезон: по субботам жарили шашлыки, собирали смородину, сидели вечером на крыльце и радовались прохладе от реки. Муж пренебрежительно называл этот дом «дачкой», хотя по всем документам это было полноценное капитальное жильё — с газом, отоплением и водопроводом, которым можно пользоваться круглый год.
Диспетчер охотно пояснила, что через сайт их компании поступила подробная заявка на предварительный расчёт работ. В списке значились утепление мансардного этажа базальтовой ватой, установка отдельной наружной металлической лестницы с самостоятельным входом и переделка двух комнат под спальные помещения коридорного типа.
Заказчиком всей этой грандиозной перестройки, как выяснилось, был указан Алексей.
Я максимально вежливо попросила девушку пока не отправлять специалистов на объект и заморозить заявку до моего личного подтверждения. Пообещала, что свяжусь с ними после того, как мы всё обсудим в семье.
Вечером муж явился домой с лицом человека, за которым не числится ни единого греха. Он долго и с выражением жаловался на городские пробки, потом с отменным аппетитом съел две котлеты с картофельным пюре, попросил ещё салата и только за чаем, будто между прочим, заговорил о нашем загородном доме.
— Наталья, мне прямо обидно смотреть, как такой добротный семейный дом почти девять месяцев в году стоит пустой, — сокрушённо произнёс он, неторопливо размешивая сахар в чашке.
Я промолчала и лишь кивнула, давая ему возможность продолжить.
— Там ведь при совсем небольших вложениях можно организовать отличное дело. И каждый месяц получать нормальные живые деньги, а не просто любоваться стенами.
После этих слов утренний звонок из строительной фирмы мгновенно перестал казаться случайностью.
Алексей с воодушевлением начал рассказывать, что его старый знакомый Евгений уже не первый год занимается размещением вахтовых строительных бригад. Подрядчики привозят рабочих в область на долгие контракты, а людям нужно где-то жить — желательно недорого, компактно и без лишней бюрократии.
С точки зрения мужа, наш дом подходил для такого предприятия просто идеально. До объездной дороги недалеко, автобусная остановка рядом, участок просторный. Стоит только переоборудовать мансарду, поставить там десять спальных мест — и арендные платежи, по его словам, начнут сыпаться в семейный бюджет уже со следующего месяца.
— Алексей, будь добр, объясни мне, с какой радости мы должны превращать нормальный семейный дом в шумное рабочее общежитие с двухъярусными кроватями? — спросила я, стараясь говорить спокойно.
— А что, в наше время лишние сорок тысяч гривен в месяц уже стали для нас ненужными? — искренне возмутился мой благоверный.