Дмитрий задержался с ответом на долю секунды дольше, чем мог бы человек, которому нечего скрывать.
Марина медленно кивнула, будто этого молчания ей хватило.
— Понятно. Значит, ты в курсе.
— Марин, давай выйдем, поговорим не здесь.
— Нет. Сначала ты ответишь.
— В зале люди.
— Место выбрала не я. Твоя мать решила сделать это прямо на свадьбе.
Светлана Андреевна вцепилась сыну в рукав, почти повиснув на его локте.
— Дмитрий, скажи ей уже! Я не собираюсь стоять и выслушивать такие оскорбления.
Он аккуратно убрал её руку, стараясь не выглядеть грубым.
— Мам, подожди минуту.
— Не её успокаивай, — ровно произнесла Марина. — Объясни мне, каким образом она узнала пароль от моего телефона и код входа в банковское приложение.
У главного стола словно сама собой образовалась пустая зона. Гости не решались приблизиться, но почти все уже прислушивались. Наталья Сергеевна, мать Марины, поднялась со своего места, однако дочь едва заметно покачала головой. Женщина остановилась. Марина не хотела, чтобы за неё сейчас кто-то говорил.
Дмитрий посмотрел ей в лицо.
— Код сказал я.
— Когда именно?
— Сегодня. Пока ехали в машине.
— Для чего?
— Маме нужно было оплатить кое-какие расходы.
— Какие именно?
— Марин, я не могу помнить каждую мелочь.
Она снова открыла приложение банка и повернула к нему экран.
— Постарайся вспомнить. Речь о семидесяти двух тысячах гривен.
Дмитрий скривился, будто её слова задели не его совесть, а самолюбие.
— Не надо разговаривать со мной таким тоном.
— Тогда не раздавай доступ к моим деньгам посторонним людям.
— Это моя мать.
— Для моего банковского счёта она посторонний человек. И ты тоже, если я не давала согласия.
Ведущий наконец отключил музыку полностью. По залу ещё катился нервный шёпот, но и он постепенно стихал. Даже те, кто пропустил начало разговора, уже поняли: у молодожёнов происходит не обычная семейная ссора из-за неудачной шутки или тоста.
Светлана Андреевна резко обернулась к гостям.
— Вот, полюбуйтесь! Я целый месяц помогала им с этой свадьбой: ездила, договаривалась, решала вопросы, звонила людям. А теперь меня перед всеми выставляют воровкой!
— Не нужно изображать из себя пострадавшую, — холодно ответила Марина. — Лучше скажите, кому ушли шестнадцать тысяч гривен.
— Никуда они не уходили!
Марина молча показала Дмитрию операцию на экране.
Он взглянул — и почти сразу отвёл глаза.
Этого оказалось более чем достаточно.
— Кто такой Максим? — снова спросила она.
Дмитрий ответил не сразу.
— Владелец микроавтобуса.
— Какого ещё микроавтобуса?
— Того, который завтра должен забрать оборудование.
— Оборудование ресторана забирает подрядчик. Это указано в договоре.
Пальцы Дмитрия на секунду сжались в кулак, но он тут же разжал ладонь, будто сам испугался собственной реакции.
— Ладно. Машина нужна Кириллу.
— Твоему брату?
— Да.
— А моя карта здесь при чём?
— Он нашёл подходящий вариант. Ему не хватало суммы для задатка. Я обещал помочь.
Марина несколько мгновений смотрела на мужа так, словно праздничный костюм, уверенная улыбка и все разговоры о будущем вдруг исчезли, и перед ней оказался совсем другой человек.
За две недели до свадьбы Дмитрий уверял её, что не станет вытаскивать деньги из их общего будущего бюджета ради очередных авантюр брата. Кирилл уже не раз покупал подержанные машины, вкладывал в них ремонт, потом продавал дешевле, чем рассчитывал, и снова приходил к родным с просьбой «поддержать выгодное дело». Марина ещё весной сказала, что участвовать в этом не будет.
Тогда Дмитрий с ней согласился.
Теперь выяснялось, что его согласие действовало ровно до того момента, пока у него не появился доступ к её телефону.
— Значит, шестнадцать тысяч вы уже отправили твоему брату, — произнесла Марина. — А семьдесят две тысячи гривен предназначались кому?
Дмитрий бросил взгляд на мать.
Светлана Андреевна сразу заговорила, будто только этого и ждала:
— Хватит устраивать допрос! Сын хотел решить всё спокойно, без твоих сцен. Он прекрасно знал, что ты начнёшь пересчитывать каждую гривну и унижать его брата.
— Деньги должны были уйти Кириллу? — не отступала Марина.
— Не только ему, — глухо сказал Дмитрий.
— Тогда перечисляй.
— Часть — на машину. Часть — маме.
— За что?
— Ей нужно закрыть долг.
Светлана Андреевна вспыхнула.
— Дмитрий!
— Мам, всё равно уже всё вскрылось.
Свекровь прижала сумочку к груди так, словно внутри лежало не содержимое, а последнее оправдание.
— Я собиралась вернуть.
— Когда? — спросила Марина.
— Когда появилась бы возможность.
— То есть никакого срока не было.
— Не придирайся к словам.
— Я придираюсь не к словам. Я говорю о руках, которые полезли в мой телефон.
Гости стояли безмолвно. Несколько человек смущённо опустили глаза. Наверняка кто-то сочувствовал Светлане Андреевне, но вслух вступиться за неё никто не решался. Ситуация выглядела слишком очевидной: невеста застала свекровь с открытым банковским приложением, а жених признал, что сам передал ей коды.
Дмитрий сделал к Марине шаг.
— Давай прекратим. После свадьбы я всё верну.
— Из каких средств?
— Найду.
— Ты уже нашёл. На моей карте.
— Марина, не доводи до абсурда. Мы сегодня поженились. Ты правда собираешься делить деньги на твои и мои?
— Своими ты уже распорядился. До моих очередь, к счастью, не дошла.
— Я же не себе их забирал.
— И это, по-твоему, должно меня успокоить?
Дмитрий понизил голос, но от этого его слова не стали мягче.
— Я хотел помочь семье.
— За мой счёт. И без моего ведома.
— Я собирался тебе сказать.
— После перевода?
— Когда всё решилось бы.
— То есть когда вернуть деньги было бы уже почти невозможно.
У него дёрнулась щека. Марина хорошо знала этот признак: Дмитрий злился, но держался, потому что вокруг были люди. Окажись они наедине, он давно повысил бы голос, начал обвинять её в жестокости и напоминать, сколько раз его мать привозила продукты, давала советы или помогала выбирать ресторан.
Марина не собиралась позволять ему превращать разговор в привычный бытовой шум, где виноватым в итоге становился тот, кто громче всех не оправдывался.
Она снова взяла телефон, зашла в настройки банка, заблокировала карту, отключила все привязанные устройства и сменила код доступа. Затем проверила лимиты, поставила запрет на переводы без дополнительного подтверждения и отправила запрос в поддержку по операции на шестнадцать тысяч гривен.
Дмитрий следил за каждым её движением.
— Ты прямо сейчас блокируешь карту?
— Да.
— Мы ещё не оплатили часть услуг.
— Покажешь договоры и счета. Я оплачу сама.
— То есть ты мне теперь не доверяешь?
Марина подняла на него взгляд.
— Ты дал моей свекрови пароль от моего телефона, позволил ей открыть мой банк, перевёл деньги своему брату и подготовил ещё один перевод. Какой ответ ты ожидал услышать?
Светлана Андреевна схватила со стола салфетку и прижала её к глазам.
— Я с самого начала чувствовала, что она такая. Холодная, расчётливая. У нормальной женщины сегодня свадьба, а она в телефоне счёт проверяет!
Марина спокойно убрала телефон в сумочку.
— Именно поэтому перевод и не прошёл.
— Ты моего сына перед всеми позоришь!
— Он справился с этим без моей помощи.
— Достаточно! — Дмитрий резко ударил ладонью по столу.
Несколько бокалов дрогнули. Один перевернулся, и вода расползлась по белой скатерти широким прозрачным пятном.
В зале наступила окончательная тишина.
Дмитрий повернулся к гостям и выдавил из себя улыбку.
— Всё в порядке. Просто небольшое недоразумение. Отдыхайте, пожалуйста.
Но никто не шелохнулся.
Марина взяла с соседнего стула сумочку, расправила складку на свадебном платье и посмотрела на него спокойно, почти без выражения.
— Нет, Дмитрий. Это не недоразумение.