Ты отлично знал, на что идёшь.
— Дома поговорим, — процедил он.
— Поговорим, — согласилась Марина. — Но уже не по твоим правилам.
Дмитрий чуть наклонился к ней, понизив голос:
— Ты понимаешь, что сейчас выставляешь нашу свадьбу на посмешище?
— Посмешище началось не тогда, когда я об этом сказала.
Светлана Андреевна вдруг громко всхлипнула и почти бегом направилась к выходу. У столика с родственниками мужа она замедлилась, будто ожидала, что кто-нибудь бросится её останавливать. Одна из сестёр поднялась, обхватила её за плечи и повела в сторону террасы.
— Не смейте меня трогать! — причитала свекровь. — Я же ради них старалась!
По залу прошёл тихий, неровный шёпот.
Дмитрий некоторое время смотрел ей вслед, затем резко обернулся к Марине.
— Ну что, добилась своего?
— Нет, — спокойно ответила она. — Зато теперь я хотя бы понимаю, с кем расписалась.
Он заметно побледнел.
— Думай, что говоришь.
— Именно этим я сейчас и занимаюсь.
Марина вернулась к своему месту. Ведущий подошёл к ней нерешительно, словно боялся лишний раз вдохнуть, и спросил, нужно ли продолжать программу.
— Продолжайте, — сказала она. — Гости здесь ни при чём.
Музыка зазвучала снова, но прежнего праздника уже не было. Атмосфера рассыпалась, как хрупкое стекло. Люди выходили на танцпол больше из вежливости, чем из желания веселиться. Голоса стали тише, взгляды — осторожнее. Несколько подруг подходили к Марине, спрашивали, как она, не нужна ли помощь. Она отвечала коротко и ровно, не втягивая их в подробности.
Дмитрий почти час просидел рядом, не произнеся ни слова. Потом поднялся, куда-то вышел и вернулся уже один, без матери.
Марина не стала выяснять, куда исчезла Светлана Андреевна. Сейчас её занимало совсем другое.
Она открыла чат с банковской службой поддержки. Перевод на шестнадцать тысяч гривен ещё можно было попытаться оспорить: операция была проведена без её согласия с устройства, которым воспользовался посторонний человек. Но Марина прекрасно понимала, что банк потребует объяснений, а если дело зайдёт дальше, придётся писать заявление в полицию.
Она развернула экран телефона к Дмитрию.
— До полуночи шестнадцать тысяч гривен должны быть обратно на моём счёте.
— У Кирилла сейчас нет всей суммы.
— Значит, вернёшь ты.
— У меня тоже таких денег нет.
— Тогда продавай то, чем имеешь право распоряжаться. К моей карте больше не прикасайся.
— Ты серьёзно предлагаешь мне в день свадьбы бегать и искать деньги?
— Я предлагаю тебе исправить то, что ты сделал в день нашей свадьбы.
Он наклонился ближе, почти касаясь её плечом.
— А если я не успею?
— Завтра утром я подам заявление о несанкционированном переводе. У банка останутся данные устройства, время входа, получатель. Потом Кирилл будет объяснять, каким образом на его счёт попали деньги с чужой карты.
Дмитрий долго смотрел ей в лицо.
— Ты на это не пойдёшь.
— Проверь.
Впервые за весь вечер в его взгляде мелькнуло не раздражение, а настороженность. Раньше Дмитрий воспринимал жёсткость Марины как полезную черту. Она руководила небольшим логистическим отделом, умела находить слабые места в договорах, видеть срывы сроков заранее, замечать несостыковки в бумагах и цифрах. Он даже любил хвастаться перед друзьями, что его жена способна разрулить любую проблему.
Теперь это качество оказалось направлено против него самого.
Дмитрий снова вышел из зала. Вернулся минут через двадцать.
— Кирилл переведёт утром.
— До полуночи, — повторила Марина.
— Банк может задержать платёж.
— Тогда пусть отправляет прямо сейчас.
— Он занят.
— Машину выбирает?
Дмитрий отвёл глаза.
Марина не стала развивать тему. Она просто отправила ему одним сообщением номер счёта и точную сумму, чтобы потом он не смог сказать, будто перепутал реквизиты или не понял, куда переводить.
Банкет закончился раньше, чем планировалось. Часть гостей уехала сразу после десерта. Родственники Дмитрия прощались сдержанно и холодно, Светлана Андреевна в зал больше не вернулась. Наталья Сергеевна подошла к дочери последней.
— Домой поедешь? — тихо спросила она.
— Да.
— Одна?
Марина посмотрела на Дмитрия, который у входа что-то обсуждал с администратором ресторана.
— Это станет понятно через несколько минут.
Мать кивнула.
— Позвони, если я понадоблюсь.
Она не стала ни жалеть Марину, ни проклинать зятя, ни предлагать немедленно ехать к ней. И именно за это Марина была ей благодарна.
Когда последние гости покинули зал, администратор принёс итоговые документы. Все услуги были оплачены полностью. Никаких внезапных расходов, ради которых срочно требовались деньги, не обнаружилось.
Марина протянула копию Дмитрию.
— Вот твои непредвиденные траты. Ноль гривен.
— Я уже сказал, на что собирался потратить деньги.
— Ты сказал это только после того, как вас поймали.
— Не начинай заново.
— А я ещё не закончила.
Они вышли на парковку. Ночь была тёплой, почти летней. От асфальта, нагретого за день, поднимался сухой запах пыли и камня. За оградой ресторана стрекотали сверчки. У центрального входа стояла машина для молодожёнов, украшенная белыми лентами, которые теперь выглядели почти насмешливо.
Дмитрий открыл заднюю дверцу.
— Поехали домой.
— Ты поедешь к матери.
Он застыл.
— Что?
— Квартира, где мы живём, принадлежит мне. Сегодня ты туда не возвращаешься.
Дмитрий резко захлопнул дверцу и повернулся к ней всем корпусом.
— Ты выгоняешь собственного мужа в первую брачную ночь?
— Я не лягу рядом с человеком, который попытался тайком забрать мои деньги.
— Я не себе их забирал!
— Скажи ещё раз. Может быть, с четвёртой попытки это превратится в оправдание.
— Марина, ты уже переходишь границы.
— Нет. Я обозначаю последствия.
— Я зарегистрирован в этой квартире.
— У тебя временная регистрация. Она не даёт тебе права распоряжаться моим жильём. Завтра при мне заберёшь вещи.
Дмитрий выпрямился, будто только сейчас до конца понял, что происходит.
— Значит, ты всё это заранее просчитала?
— Мне хватило трёх часов после перевода.
— То есть весь вечер, пока гости праздновали, ты сидела и строила план?
— Ты свой план начал строить раньше. Просто мой оказался точнее.
Телефон Марины коротко завибрировал.
На счёт вернулись шестнадцать тысяч гривен. Отправителем был указан Кирилл.
Она показала уведомление Дмитрию.
— Один вопрос закрыт.
— Теперь ты довольна?
— Ты уже это спрашивал.
Марина села в машину и назвала водителю свой адрес. Дмитрий остался стоять на парковке. Он не стал хвататься за дверцу, не начал кричать, не устроил сцену. Ума ему хватило понять: скандал на глазах у персонала ресторана только ухудшит его положение.
На следующее утро он приехал около десяти. К этому времени Марина уже сложила его личные вещи в дорожные сумки. Она не выбрасывала одежду на лестничную площадку, не рылась в его документах, не устраивала мелочную месть. Ей был нужен не спектакль, а порядок.
Дмитрий окинул взглядом сумки.
— Быстро справилась.
— Я не собиралась растягивать это на неделю.
— И что теперь?
— Ты поживёшь у матери. Я проверю все свои счета, документы и доступы. Потом решу, есть ли у этого брака хоть какой-то смысл.
— Решишь одна?
— Решение воспользоваться кодами от моего банка ты тоже принял без меня.
— Я ошибся.
— Нет. Ошибка — это когда путают номер счёта. Ты знал, что я отказалась финансировать Кирилла. Поэтому решил обойтись без моего согласия.
Дмитрий прошёл на кухню, но Марина осталась у двери, не позволяя разговору превратиться в привычную домашнюю сцену.
— Я хотел помочь брату и маме, — сказал он глухо. — Да, способ выбрал ужасный. Но разве из-за этого нужно ломать брак?
Марина посмотрела на него спокойно.
— Брак рушится не в тот момент, когда я защищаю свою карту.