— Я тут прикинул, Марин. Может, ты временно на раскладушке устроишься? Кристине с Егором на нашем диване вдвоем будет неудобно.
Мой официальный супруг произнес это с таким просветленным выражением, словно вручал мне не раскладушку, а билет в райский отпуск.
Я давно не питала иллюзий насчет щедрости Дмитрия. У нее всегда имелись строгие пределы. И, как правило, проходили они ровно там, где начинались мои деньги, мое удобство и мои нервы.
Но уступить его родне наш свеженький ортопедический диван, а заодно и мое законное право нормально выспаться — это уже был не просто перебор. Это была заявка на золотую медаль по нахальству.
О том, что наша квартира внезапно назначена бесплатной гостиницей, я узнала всего за полчаса до этого. Моя двенадцатилетняя дочь София заглянула ко мне в спальню и сухо доложила:
— Мам, у нас в прихожей какие-то инфузории с сумками. Похоже, собираются селиться и питаться за счет хозяев.
Я вышла посмотреть.
Дмитрий стоял посреди коридора, широко раскинув руки, как купец на ярмарке, готовый одарить весь мир. Работа в ГАИ, видимо, приучила его выглядеть внушительно при любых обстоятельствах.
На публике мой муж изображал великодушного благотворителя. Зато дома превращался в человека, способного устроить лекцию из-за лампочки, которая «слишком долго горит», и покупать самую тонкую туалетную бумагу, потому что «разницы никакой».
Возле него скромно топтались его двоюродный брат Егор и жена брата, Кристина. Впрочем, скромность Кристины закончилась на пороге. Она уже хозяйским взглядом изучала наши обои и при этом стояла в моих любимых мягких тапочках, безжалостно заламывая им задники.
— Заходите, родные мои! — разливался Дмитрий густым, почти торжественным голосом. — Оставайтесь хоть сколько! Места у нас полно, Марина как-нибудь подвинется.
Где-то внутри у меня медленно поднялась горячая волна злости.
— Мариночка, — протянула Кристина, жалобно втянув носом воздух. — Мы уже вымотались по съемным квартирам скитаться. Хозяева сейчас такие жадные стали, просто ужас. Мы у вас немного поживем, годик-другой, пока на первый взнос по ипотеке не соберем.
Она даже не пыталась спросить разрешения. Просто объявила решение, будто оно давно принято всеми присутствующими.
— И еще, — тут же добавила она тоном ресторанного критика, — мне нужно особое питание. На нервной почве желудок прихватило. Бульончики, телятина, рыбка на пару, ничего тяжелого. Ты ведь будешь для нас готовить?
Любая нормальная женщина в этот момент открыла бы дверь и вежливо показала направление на выход. Я же неожиданно для самой себя перешла в режим ледяного спокойствия.
— Разумеется, Кристиночка, — сказала я ровно. — Семья — дело святое.
Как только наши дорогие гости скрылись в коридоре, с лица Дмитрия мгновенно слетела маска щедрого покровителя.