Он почти бегом двинулся за мной на кухню и, едва мы оказались без свидетелей, прошипел мне в спину:
— Марина, только не вздумай доставать к чаю ту сырокопченую колбасу. Порежь обычный сыр, тот, что по скидке брали.
— А как же царский прием для любимой родни, Димочка? — я медленно повернулась и насмешливо приподняла бровь.
Дмитрий тут же сменил тактику и попытался задавить меня чувством вины:
— Вот всегда ты так! Люди попали в сложную ситуацию, а тебе жалко куска еды. С семьей надо делиться, понимаешь?
— Да я сама воплощенная щедрость, — спокойно ответила я и убрала дорогую нарезку обратно на полку холодильника. — Просто прикидываю, каким образом нам теперь перестроить расходы, чтобы регулярно оплачивать Кристине телятину и паровую рыбку.
Уже на следующий день, когда я вернулась с работы, дома меня ждала новая картина маслом.
Кристина распоряжалась на моей кухне так уверенно, словно документы на квартиру уже давно были оформлены на нее. Она без малейшего смущения распахнула холодильник, вытащила мои недешевые фермерские йогурты и с видом благодетельницы выложила их коту в миску.
Барсик, конечно, возражать не стал. Он тут же уткнулся мордочкой в лакомство, вымазал в йогурте усы, нос и подбородок, а вид у него был такой блаженный, будто жизнь наконец-то удалась.
— Марина, у вас тут одна химия да жирнота! — бодро сообщила Кристина, заметив меня в дверях. — Я все Барсику отдала. Завтра перед работой заскочишь на рынок, возьмешь свежего мяса и брокколи. У Егора кишечник слабый, за ним нужен правильный уход.
Я не стала отвечать.
Молча сняла пальто, прошла в гостиную, взяла телефон и набрала свекровь.
Галина Петровна была женщиной пугающе прямой. Между нами давно существовал негласный союз: она уважала меня хотя бы за то, что я столько лет выношу ее сына с его любовью к красивым жестам, и почти всегда занимала мою сторону.
Я коротко пересказала ей историю с продуктами, чужими тапками, хозяйничаньем на кухне и обязательной телятиной для Кристины. На том конце провода раздался суховатый смешок человека, который уже предвкушает развлечение.
— Я тебя поняла, Мариночка, — сказала Галина Петровна. — Завтра накрывай ужин в честь дорогих гостей. Я приеду.
На следующий вечер мы устроили торжественный семейный ужин. Свекровь появилась заранее, устроилась в углу с чашкой чая и молча наблюдала, как спектакль набирает обороты.
Кристина, не спрашивая, заняла главное место за моим столом и подвинула к себе вазу с самым крупным виноградом.
— Марина, мы тут с Егором подумали, — начала она тоном хозяйки дома. — Егор сейчас ищет работу, очень выматывается на собеседованиях. А ты ведь в магазине все равно целый день просто стоишь. Тебе же не составит труда собирать нам обеды из трех блюд?
Она окинула стол придирчивым взглядом, поморщилась и недовольно добавила:
— И суп сегодня явно пересолен.