Галина Петровна терпеть не могла ждать — это я знала давно.
Я вышла в коридор и на секунду застыла. На пороге, как на сцене, возвышалась свекровь, а за её спиной грузчик, красный и запыхавшийся, протискивал внутрь квартиры клетчатые сумки, громоздкие коробки и даже какую‑то складную этажерку для рассады. Картина совершенно не напоминала визит «на пару дней». Это выглядело как полноценный захват территории.
— Оксаночка, ты ещё дома? — пропела Галина Петровна, снимая с головы шёлковый платок и окутывая прихожую густым облаком приторных духов. — А Дмитро сказал, что ты с утра уезжаешь. Ну ничего, не путаешься под ногами. Дмитрик! Коробку с моими сковородками — сразу на кухню. Я в этой её тефлоновой химии готовить не стану!
Вот и ещё одна новость. Оказывается, моя кухня уже сменила владельца — без моего ведома.
— Галина Петровна, — я опёрлась плечом о косяк и скрестила руки, — у меня качественная керамическая посуда.
— Керамика — это та же глина, — отмахнулась она, бесцеремонно отодвигая носком мои туфли, чтобы поставить свои ортопедические ботинки. — Грязь, а не посуда. И вообще, раз уж мы теперь вместе, кота нужно изолировать. У меня может начаться аллергия на шерсть. Я с ним в одной квартире жить не собираюсь.
Дмитро появился из комнаты с коробкой в руках и виновато улыбнулся:
— Оксан, ну правда, пусть Барсик пока на лоджии побудет. Там тепло, ничего страшного.
Вот она — черта, после которой назад дороги нет.
Шестнадцать лет Барсик спал у меня на подушке, грел ладони холодными ночами, пережил со мной всё. И теперь его предлагают переселить на холодный бетон, потому что они «так решили».
Я посмотрела на мужа внимательно и долго. Он не выдержал первым — отвёл глаза, переступая с ноги на ногу под тяжестью материнских сковородок.
— Понятно, — спокойно сказала я.
И ушла в спальню. Ни слёз, ни крика. Внутри — только прозрачная, как лёд, ясность. Они были уверены, что я снова промолчу. Как молчала раньше, сглатывая шпильки, незваные визиты и придирки к моим ужинам. Я же «воспитанная», я же не скандалю.
Из шкафа я достала не маленький чемодан для короткой поездки, а большую дорожную сумку. Методично сложила туда косметику, бельё, пару тёплых вещей. Затем подошла к сейфу.
Ключ повернулся почти бесшумно. Я вынула папку с документами. Сверху лежал договор купли-продажи этой квартиры — оформленный на меня за пять лет до знакомства с Дмитро. Я провела пальцами по плотной бумаге и аккуратно убрала папку в сумку, понимая, что совсем скоро эти бумаги придётся показать.