— Вы куда это собрались переезжать? — Валерия растерянно застыла у входа, по привычке придерживая тяжелую металлическую дверь.
— Да к вам, куда же еще! Оглохла, что ли? — свекровь без малейшего смущения протиснулась внутрь и своим огромным клетчатым баулом буквально отодвинула невестку в сторону. — Антон, заноси вещи, не торчи на пороге! Сейчас еще сквозняком всех продует!
За ее спиной тяжело дышал Антон — тридцатилетний брат Игоря. Он уже много лет якобы искал себя и подходящую работу, но чаще всего находил только продавленный диван, телевизор и бутылку холодного пива. Следом стояла его жена Наталья с недовольно выпяченными губами и годовалым малышом на руках. Замыкал эту неожиданную процессию младший брат мужа, девятнадцатилетний Денис: под мышкой он прижимал старый монитор, а в другой руке держал спутанный пучок проводов.
— Игорь! — позвала Валерия, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок. — Выйди, пожалуйста. Срочно.
Игорь появился из кухни, сжимая в руках кухонное полотенце. Он только недавно вернулся после суточной смены в депо, где работал машинистом тепловоза. Глаза у него покраснели от недосыпа, лицо осунулось, а между бровями пролегла глубокая усталая складка. Увидев в узкой прихожей всю свою родню во главе с матерью, он несколько раз растерянно моргнул.
— Мам?.. Вы что… приехали в гости? И даже не предупредили?
— Какие еще гости, сынок! — Лариса Павловна уже снимала стоптанные туфли и хозяйским взглядом осматривала трехкомнатную квартиру, доставшуюся Валерии от покойной бабушки. — Мы теперь здесь жить будем. Все обдумано, решение семейное и, между прочим, очень выгодное. Нашу трехкомнатную в старом кирпичном доме мы через знакомого риелтора сдали за шестнадцать тысяч гривен в месяц. Ты только представь, какая прибавка к бюджету! Антоше кредит за машину закрывать надо, Денису на учебу откладывать пора. А у вас тут места — хоть танцы устраивай. Мы с Денисом поселимся в угловой комнате, Антон с Натальей и ребенком займут большую, а вам с Игорем спальни вполне хватит.
Валерия на несколько секунд потеряла дар речи. Перед глазами будто поплыли серые стены коридора, которые они с Игорем красили сами — вечерами, после тяжелых смен, едва держась на ногах. Она работала старшей медсестрой в травматологическом отделении, Игорь водил грузовые составы. Оба выкладывались до последней капли сил, чтобы превратить старую бабушкину квартиру в свое тихое, теплое место. А теперь в это место намеревались войти с сумками, чужими правилами и грязными подошвами.
— Подождите, — Валерия шагнула вперед и встала перед свекровью, закрывая проход в гостиную. — То есть вы сдали свою квартиру, нам ничего не сказали и просто привезли сюда все вещи?
— А с какой стати мы должны были с тобой советоваться? — Наталья презрительно поджала губы и попыталась протиснуться мимо нее в сторону кухни. — Игорь здесь такой же хозяин, как и ты. Он тут зарегистрирован. Ребенок пить хочет. Где у вас нормальный чайник? Этот какой-то облупленный.
— Чайник не трогай, — ледяным тоном произнесла Валерия. — И обувь снимите. Это квартира, а не вокзал.
— Ну вот, началось! — всплеснула руками Лариса Павловна, опускаясь на банкетку у обувницы и нарочито громко вздыхая. — Игорь, ты только посмотри на свою жену! Родную мать, брата с маленьким ребенком и младшего выгоняет на улицу! Мы же семья! Мы ради общего дела стараемся. Эти шестнадцать тысяч будем откладывать, и, глядишь, через пару лет Антоша свое дело поднимет — автосервис в гаражах откроет. Тогда все нормально заживем!
— Мам, вы хотя бы позвонили бы заранее, — пробормотал Игорь, избегая взгляда Валерии. — Это как-то… слишком внезапно. Мы вообще не были готовы.
— Да к чему тут готовиться? — отмахнулась мать. — Картошки побольше наварить, кастрюлю супа погуще поставить — вот и вся подготовка. Антон, не стой, неси чемоданы в зал!
— Ни с места, — сказала Валерия тихо, но в ее голосе прозвучало такое напряжение, что Антон, уже занесший ногу в комнату, замер. — Никаких чемоданов в зале не будет. Игорь, нам нужно поговорить.
Она крепко взяла мужа за локоть и почти втянула его в ванную. Дверь за ними захлопнулась, защелка щелкнула. Из прихожей тут же донеслось возмущенное бурчание свекрови:
— Вот змея, а! Сразу потащила мужика в угол, чтобы против матери настроить!
— Игорь, ты вообще понимаешь, что происходит? — Валерия говорила шепотом, но каждое слово давалось ей с усилием: внутри уже поднимался крик, который она едва сдерживала. — Они сдали свою квартиру за деньги, а жить решили за наш счет? Кто будет кормить всю эту толпу? Твой Антон, который третий год только обещает устроиться на работу? Или твоя мать, которая пенсию спускает на лотерейные билеты и новые платья?
— Валер, ну не начинай сразу, — виновато замямлил Игорь, сминая полотенце в кулаке. — Мы же не можем прямо сейчас выставить их на улицу. Они уже отдали жильцам ключи, задаток взяли. Куда им идти? Потеснимся немного. Это же временно…
— Временно? — Валерия коротко и горько усмехнулась. — Ты хоть один раз видел, чтобы твоя мать добровольно откуда-нибудь съезжала? Она устроится у нас на шее и будет командовать, свесив ноги. Эта квартира по документам моя, Игорь. Бабушка оставила ее мне. Не твоей маме, не Антону, не Денису. Мне.
— Значит, ты теперь этим меня попрекать будешь? — Игорь нахмурился, и в его голосе неожиданно прозвучала глухая мужская обида. — Я в этот ремонт тоже вложился. Полы перестилал, проводку менял, стены ровнял. Я здесь душу оставил. А теперь выходит, это не мой дом?
— Твой, Игорь. Наш с тобой, — Валерия устало прикрыла глаза. — Но не их. Пойми: если они сейчас войдут сюда со своими порядками, от нашей семьи ничего не останется.
В дверь ванной вдруг резко застучали кулаком.
— Вы там долго шептаться собираетесь? — послышался недовольный голос Антона. — Ребенка помыть надо, а вы заперлись! Совесть имейте!
Валерия медленно вдохнула, повернула защелку и распахнула дверь. Антон стоял прямо перед ней, держа наперевес упаковку подгузников, и смотрел на невестку с откровенным вызовом.
— Проходи, Антоша, проходи, родной, — тут же засуетилась за его спиной Лариса Павловна.