Я застыла посреди зала с увесистым подносом в руках, и в тот же миг по спине у меня пробежал ледяной озноб. Это было то самое неприятное чувство, когда заранее понимаешь: сейчас случится что-то очень нехорошее. В стеклянных дверях дорогого гастробара «Мансарда», где я уже второй год работала старшей смены и неплохо справлялась со своими обязанностями, появилась шумная компания. Со стороны они напоминали передвижной табор, только вместо музыки, медведей и ярких платков несли с собой бесконечную самоуверенность и желание командовать.
Первой, словно королева на параде, в зал вплыла моя свекровь, Тамара Викторовна. На ней была ее знаменитая искусственная шуба с броским леопардовым рисунком, которую она считала верхом роскоши. Следом за ней мелкими шагами торопилась золовка Кристина — щеки у нее раскраснелись после морозной улицы, а глаза бегали по сторонам с какой-то тревожной заинтересованностью. Замыкал эту странную процессию двоюродный брат моего мужа, Вадим, тридцатилетний «перспективный предприниматель», который уже много лет находился в затяжном поиске себя, работы, денег и хоть какого-нибудь смысла жизни.
Разумеется, пришли они сюда вовсе не потому, что захотели спокойно поужинать в пятничный вечер. Нет. Мои избалованные родственники, как они любили выражаться, наведались «к своей девочке». А такие визиты, если опираться на мой богатый семейный опыт, для любого ресторана опаснее внезапной проверки всех контролирующих служб сразу.
— Мариночка! — раскатисто выкрикнула Тамара Викторовна так громко, что обернулась половина зала. Приветливую хостес, которая уже собиралась проводить гостей, она просто не заметила. — Мы тут всей нашей дружной семьей решили сделать тебе приятный сюрприз! Дмитрий случайно проболтался, что ты сегодня до позднего вечера на работе, вот мы и подумали: чего нам дома сидеть? Заодно навестим любимую невестку и посмотрим, какой у вас тут, так сказать, уровень обслуживания.
Она широким жестом сбросила тяжелую шубу прямо на руки растерявшемуся гардеробщику, даже не удостоив его взглядом. После этого Тамара Викторовна уверенно двинулась к самому дорогому месту у панорамного окна. На столике, разумеется, стояла аккуратная деревянная табличка с надписью «Reserved».
— Тамара Викторовна, добрый вечер, — я быстро подошла к ним, стараясь удержать на лице спокойную служебную улыбку. — К сожалению, этот столик забронирован. Сегодня пятница, зал почти полностью занят, свободных мест практически не осталось.
— Ой, Марина, не начинай со своими формальностями, — без тени смущения отмахнулась Кристина и с размаху опустилась на бархатный диван. — Для родных людей уж можно кого-нибудь и подвинуть. Не какие-то чужие с улицы пришли, между прочим. Давай лучше меню тащи, да побыстрее. Вадим у нас после работы голодный, зверски просто.
Ссора назревала мгновенно, без пауз и вступлений. Эти люди никогда не просили разрешения. Они появлялись и сразу брали все, что, по их мнению, им полагалось. Я на секунду поймала взгляд нашего дежурного администратора Игоря. Он вопросительно изогнул бровь, явно давая понять, что может в любой момент позвать охрану. Но я едва заметно покачала головой и успокаивающе кивнула: мол, не надо, это мои семейные проблемы, сама разберусь.
— Хорошо, — выдохнула я, с трудом удерживая раздражение, и убрала со стола табличку резерва. К счастью, гости, которые должны были прийти, так и не подтвердили бронь по телефону. — Но сразу предупреждаю: кухня сегодня перегружена заказами. Горячие блюда придется ждать минимум сорок минут.
— Ничего, подождем под приличное дорогое винцо, — Тамара Викторовна устроилась в глубоком кресле с таким видом, будто инспектировала ресторан для международного рейтинга. Она окинула взглядом стильный интерьер, задержалась на люстрах, картинах и сервировке, а потом царственно махнула рукой. — Принеси нам для начала бутылочку чего-нибудь самого изысканного. Из того, что у вас тут подороже. И закуски к вину организуй, только нормальные, лучшие. Мы же должны понимать, какими деликатесами наша Марина кормит богатых посетителей.
Она довольно хихикнула, и Кристина с Вадимом тут же подхватили этот неприятный смешок, будто услышали невероятно остроумную шутку.
Я молча разложила перед ними плотные папки с меню. Цены в нашей «Мансарде» даже по меркам столицы были весьма ощутимыми, и я искренне надеялась, что длинная колонка с внушительными цифрами быстро вернет родственников к реальности. Но, как оказалось, я сильно недооценила силу волшебного слова «бесплатно».
— Мне, пожалуй, сочный рибай, прожарка медиум рэ, — лениво заявил Вадим, даже не открыв меню до конца. — И салат с настоящим камчатским крабом. Только чтобы краба не пожалели.
— А мне утиную грудку, вот эту, нежную, — Кристина бесцеремонно ткнула пальцем в глянцевую страницу. — И еще это… фрикасе. Выглядит дорого, значит, должно быть вкусно. Да, десерты тоже несите сразу, чтобы потом по десять раз не бегать.
— Я остановлюсь на дорадо на гриле, — с важным видом подвела итог Тамара Викторовна. — И бутылочку хорошего «Кьянти» нам поставьте.
Я стояла рядом с рабочим блокнотом в руках и почти физически чувствовала, как внутри поднимается горячая волна раздражения. Они даже не пытались сделать вид, что собираются вести себя прилично.
— Тамара Викторовна, — произнесла я негромко, но твердо. — Коллекционное «Кьянти Классико» у нас стоит три тысячи двести гривен за бутылку. Может, лучше принести домашнее фирменное вино? Оно действительно хорошее, гости его часто хвалят.
Свекровь мгновенно уставилась на меня таким взглядом, будто я нанесла ей личное оскорбление. Затем она демонстративно закатила глаза к потолку и сжала губы, явно готовясь устроить показательное представление прямо посреди зала.