— Максим, ты вообще понимаешь, куда пришёл? Это не забегаловка у вокзала, а приличный дорогой ресторан. Тебе здесь делать нечего. Уходи. Завтра переведу тебе пять тысяч гривен на карту — посидишь где-нибудь в пельменной и сам себя поздравишь. Не выставляй отца на посмешище.
Виктор Андреевич привык повторять, что сын у него один. Если кто-то осторожно напоминал о младшем, он лишь неопределённо отводил ладонь в сторону и устало вздыхал, словно речь шла не о родном человеке, а о неприятной ошибке прошлого.
— Кирилл — вот моя настоящая гордость, — любил провозглашать он за семейным столом. — Юрист, продолжатель династии, адвокат уже в третьем поколении. Человек принципов, закона и твёрдого слова. А младший… ну, он всегда был, скажем так, не таким, как все.
Эта самая «непохожесть» Максима проявилась в девятнадцать лет, когда он наотрез отказался идти на юридический факультет, хотя вся родня буквально тащила его туда за руки. Максим честно сказал, что разбирать чужие скандалы, делить имущество и копаться в семейных войнах — не его путь. Вместо престижного вуза он устроился помощником повара в кафе у трассы. С того дня в глазах семьи он будто перестал быть полноценным человеком. Его имя вспоминали разве что в назидательных фразах: «Хорошо, что ты не пошёл в Максима».
Сегодня Виктору Андреевичу исполнялось шестьдесят. Юбилей решили отметить с размахом — в самом статусном ресторане города под названием «Veritas». О заведении ходили легенды: столик там занимали за несколько месяцев вперёд, а обычный ужин обходился примерно как месячный доход рядового офисного работника.
Максима на праздник никто не пригласил. В семейном чате давно кипели разговоры о меню, рассадке гостей и вечерних нарядах, но его самого оттуда удалили ещё год назад. Тогда он «осмелился» явиться на день рождения матери в простой толстовке, чем, по мнению родни, безнадёжно испортил впечатление перед гостями.
— Ты должен понимать, — объясняла ему тогда Ольга Викторовна, поджимая губы, — мы общаемся с людьми определённого уровня. Кирилл придёт с деловыми партнёрами, отец будет рядом с судьями. А твоя кухонная одежда, эти джинсы, этот запах… всё это разрушает общий образ. Люди решат, что мы не сумели дать тебе нормального воспитания.
Максим стоял посреди своей новой светлой квартиры и равнодушно пролистывал ленту популярной соцсети. Кирилл уже успел выложить снимок из зеркала: безупречный итальянский костюм, часы по цене подержанной машины и подпись: «Еду поздравлять главного мужчину нашей семьи».
Максим коротко усмехнулся. Затем поправил ворот своей обычной чёрной футболки, накинул лёгкий пиджак и взял со столика ключи. На этот вечер у него тоже имелись планы, причём именно в «Veritas».
Ресторан встретил посетителей приглушённым джазом, мягким светом и официантами, чья выученная вежливость чувствовалась в каждом жесте. Впереди располагался отдельный VIP-зал, куда и направлялись самые важные гости вечера.