После смерти супруга Марина решила ненадолго вернуться в город, где прошло её детство, чтобы побыть рядом с родителями. Это был старый провинциальный городок в центральной Украине: с облупившимися фасадами, разбитыми дорогами, тесными дворами и каким-то упрямым ощущением запущенности. Отсюда она уехала почти пятнадцать лет назад и теперь смотрела на всё так, будто одновременно узнавала и не узнавала родные места.
Она медленно шла по пыльным улицам, останавливалась у знакомых домов, замечала новые вывески, исчезнувшие лавочки, перестроенные углы и невольно проваливалась в воспоминания. Лето выдалось знойным, воздух дрожал от жары. Марина добралась до набережной Днепра, немного прошлась вдоль воды, а потом свернула в городской парк, где под густыми кронами деревьев можно было хоть ненадолго укрыться от беспощадного солнца.
Колесо обозрения стояло на прежнем месте: с него, как и много лет назад, открывался вид на весь город сверху. Зато аттракционы вокруг заметно изменились. Старых качелей-лодочек уже не было, зато появились яркие карусели, небольшие киоски, уличные кафе, где продавали мороженое, лимонад и сладкую газировку.
За деревьями Марина увидела огороженную танцевальную площадку. Когда-то все называли её просто «досками» — из-за деревянного настила, по которому вечерами стучали каблуки танцующих. Здесь играл местный инструментальный ансамбль. Название стерлось из памяти: то ли «Краски», то ли «Акварели». Но она хорошо помнила другое — едва начинала звучать музыка, молодёжь стекалась сюда со всех сторон, словно мотыльки на огонёк.
Неужели по вечерам здесь всё ещё устраивают танцы? Наверное, да, раз площадку не разобрали и ограду не убрали.
Именно на этом месте Марина когда-то встретила человека, который позже стал её мужем. Тем летом она часто приходила сюда с подругами. Они больше слушали музыку, смеялись и катались на качелях под популярные песни, чем действительно танцевали. Сейчас казалось невероятным, что с тех пор прошло столько лет. Тогда всё было лёгким, радостным, почти безоблачным.
Ноги уже гудели от долгой прогулки, но возвращаться домой на трамвае Марина не захотела. В этом старом городе трамваи оставались главным общественным транспортом, однако двигались они медленно, с оглушительным скрежетом, а в салонах в такую жару стоял тяжёлый, неподвижный воздух.
Она немного передохнула на длинной скамейке напротив открытой концертной эстрады, а затем решила идти пешком. От скуки Марина разглядывала вывески мастерских, маленьких магазинов и кафе. И вдруг замерла: в витрине одного заведения среди чёрно-белых снимков она увидела собственное лицо. Сначала ей даже показалось, что она ошиблась. Но нет — на фотографии была именно она. Над дверью висела короткая вывеска: «Фото».
Только тогда Марина вспомнила, что примерно двадцать лет назад они с будущим мужем заходили сюда сфотографироваться. Такой же снимок до сих пор хранился у неё дома. Какие они были тогда юные, красивые, полные надежд! Фотография вышла очень удачной, и Марина всегда любила её. Видимо, мастеру она тоже пришлась по душе, если он столько лет держал её в витрине как образец своей работы.
Тот день всплыл в памяти удивительно ясно. Они с будущим мужем были знакомы совсем недавно. Марина как раз заканчивала первый курс медицинского института, и экзаменационная сессия была в самом разгаре.