Олег щедро разливал виски по бокалам, перекрикивал музыку и сам же громче всех хохотал над несмешной остротой. В этот вечер он ощущал себя хозяином положения. В гостиной развалились его приятели — пятеро самоуверенных мужчин в дорогих рубашках, говорящих так, будто им принадлежит не только комната, но и весь дом.
Я вынесла на стол блюдо с мясной и сырной нарезкой, аккуратно поставила рядом с бутылками. Руслан, уже заметно подвыпивший, фамильярно хлопнул меня по плечу:
— Олег, да ты Оксану отлично вышколил! Всё подаёт, как в ресторане!
Компания разразилась смехом. Олег довольно прищурился и, подливая себе, произнёс:
— Женщину надо сразу расставить по местам. Чтобы понимала, кто здесь главный.
Я ничего не ответила и ушла на кухню, стараясь не слышать их весёлого ржания. За пять лет брака Олег сильно изменился. Точнее, перестал притворяться заботливым и внимательным. Исчез тот ухажёр с цветами и комплиментами — вместо него появился человек, уверенный, что жена обязана обслуживать его и гостей.
Он трудился менеджером в строительной фирме: доходы бывали приличные, но нестабильные. Я же работала бухгалтером в частной клинике — получала меньше, зато регулярно. Последние полгода ипотеку фактически тянула я одна: у Олега, по его словам, возникли «сложности с проектом».
Из комнаты донеслось:
— Оксана! Льда принеси! И с салатом что-то сделай, пресный он какой-то!
Я достала из морозилки контейнер. Салат был из дорогой сёмги — я возилась с ним почти два часа. Но при друзьях Олегу нравилось демонстрировать власть: придраться, отдать приказ, подчеркнуть, что я должна подчиняться.
Я вернулась, поставила ведёрко на стол и уже собиралась уйти, когда Руслан снова вмешался:
— А чего твоя не пьёт с нами? Слишком гордая?
— Ей завтра на работу, — отмахнулся Олег. — Пусть лучше на кухне порядок наведёт, чем тут мешает.
Смех вспыхнул с новой силой. Я остановилась на пороге и спокойно произнесла:
— Олег, я не уборщица. Если хочешь чистоту после вечеринки — займись этим сам.
Веселье оборвалось. Олег медленно опустил стакан и посмотрел на меня так, будто я нанесла ему публичное оскорбление.
— Повтори, — тихо, с нажимом.
— Я не собираюсь убирать за твоими друзьями. У меня завтра рабочий день.
Руслан присвистнул, кто-то нервно хмыкнул. Все почувствовали, что запахло скандалом.
Олег резко поднялся и подошёл вплотную. От него тянуло алкоголем.
— Слушай внимательно. Сейчас идёшь на кухню, делаешь нормальные закуски и сидишь молча. Ясно?
— Нет.
Он схватил меня за запястье так, что стало больно.
— Тогда убирайся! Вон отсюда! Чтобы духу твоего не было!
Гости замерли. Такого развития событий никто не ожидал. Олег подтолкнул меня к двери:
— Исчезни! Надоела со своими претензиями!
Я посмотрела на него — раскрасневшегося, разгорячённого властью перед приятелями. Потом на остальных: кто-то отводил глаза, кто-то ухмылялся, наслаждаясь представлением.
— Хорошо, — ответила я ровным голосом.
Я взяла сумку, телефон и вышла в подъезд. Дверь за спиной захлопнулась. Из квартиры ещё доносился смех — Руслан отпускал шуточки про «укрощение строптивых», остальные поддерживали.
Я спустилась вниз, присела на подоконник и набрала контакт «Тетяна Петровна».
Свекровь ответила быстро:
— Оксана? Что случилось?
— Добрый вечер. Скажите, вы помните, как мы оформляли квартиру?
Она насторожилась:
— Конечно. Три года назад. Ты внесла первоначальный взнос — два миллиона гривен, ипотеку оформили на вас обоих. Я была поручителем.
— Верно. А сколько я уже выплатила?
— Ты говорила, что последние месяцы платишь одна. У Олега трудности с деньгами.
— За полгода я внесла восемьсот тысяч гривен. Плюс те два миллиона. Итого — два миллиона восемьсот тысяч из моих средств.
Тетяна Петровна тяжело выдохнула:
— Что произошло?
— Олег только что при друзьях выгнал меня из квартиры. Сказал убираться. Я вышла. Теперь думаю — имел ли он право выставлять меня из жилья, за которое я плачу?
На том конце повисла пауза.
— Ты где сейчас?
— В подъезде.
— Оставайся там. Я буду через двадцать минут.
Она приехала быстрее — минут за пятнадцать. Невысокая, в строгом пальто, с прямой спиной и холодным, цепким взглядом. Бывший главный бухгалтер крупного предприятия, Тетяна Петровна не терпела ни хамства, ни беспорядка.
Мы поднялись на лифте. Она нажала на звонок. Дверь распахнул Олег — весёлый, ещё более пьяный:
— Мам! Заходи, у нас тут…
— Замолчи, — жёстко перебила она. — Всем собираться. Праздник окончен.
Она уверенно прошла в гостиную. Пятеро мужчин притихли, глядя на невысокую женщину так, словно перед ними стоял строгий директор.
— Господа, прошу вас покинуть квартиру. Немедленно.
Руслан попытался что-то сказать:
— Тетяна Петровна, мы просто…
— Я сказала — выходите.
Спорить никто не решился. Гости поспешно натянули куртки, бормоча что-то про поздний час и завтрашнюю работу, и один за другим направились к выходу.