Анастасия узнала обо всём совершенно случайно. В тот пятничный день её руководитель неожиданно отпустил сотрудников раньше, и она вернулась домой почти на полчаса до привычного времени. Дверь в квартиру была неплотно прикрыта, а с кухни отчётливо доносился голос Ирины Сергеевны — громкий, уверенный, такой, будто именно она здесь была полноправной хозяйкой.
— Димочка, бумаги у нотариуса уже подготовлены, осталось только поставить подпись. Ты ведь сам понимаешь, это ради твоего спокойствия. Анастасия ещё молодая, неизвестно, что ей однажды взбредёт в голову. А так квартира будет оформлена надёжно.
Анастасия застыла в прихожей, крепко сжимая в руках пакет с покупками. Внутри лежал торт, который она взяла по дороге домой: сегодня у них с Дмитрием была годовщина — ровно семь лет вместе. Семь лет, из которых последние три она прожила в одной квартире со свекровью.
Торт был клубничный, самый любимый у Дмитрия. Стоил он сто двенадцать гривен. Какая-то нелепая мелочь, но именно эта сумма почему-то намертво отпечаталась в памяти в тот миг, когда привычная жизнь Анастасии начала рушиться и переворачиваться.
Она бесшумно опустила пакет на тумбочку и прислушалась.
— Мам, может, не стоит торопиться? Она ведь может заметить…
— Что именно она заметит? — резко ответила Ирина Сергеевна. — Она в документах ничего не понимает. А когда разберётся, будет уже поздно.
Свекровь говорила буднично, почти равнодушно, словно речь шла о том, куда передвинуть шкаф или какие занавески повесить, а не о том, как лишить человека его собственного жилья.
Анастасия прислонилась к стене спиной и на секунду закрыла глаза. В голове билась одна-единственная мысль — простая, ясная и страшно острая. Эту квартиру купила она. Полностью сама. На свои заработанные деньги.
Ей было тридцать четыре. За плечами у неё остался путь, который многие из её знакомых вряд ли прошли бы без постоянных жалоб и срывов. После института она устроилась в логистическую фирму обычным менеджером, начинала с самого низа, задерживалась по вечерам, не отказывалась ни от каких задач и бралась за всё, что могло помочь подняться выше. За шесть лет она доросла до начальника отдела. С каждой зарплаты откладывала хотя бы часть, экономила на развлечениях, покупках и поездках, постоянно убеждая себя, что всё это можно позволить себе потом. В двадцать восемь лет она наконец внесла первый взнос за однокомнатную квартиру в новостройке.
Квартира была небольшой, без роскоши, на окраине, но зато собственной. В каждом её углу были силы Анастасии, её усталость, бессонные вечера и годы упорства. Плитку в ванной выбирала она. Ручки на дверях — тоже она. Даже цвет стен казался ей не просто оттенком, а доказательством того, что она смогла.
Когда в её жизни появился Дмитрий, жильё уже было оформлено на неё. Через год отношений они поженились, и он переехал к ней. Поначалу всё выглядело почти идеально. Именно почти.
Спустя четыре года после свадьбы Ирина Сергеевна, как она сама выразилась, осталась без крыши над головой. Точнее, так звучала официальная версия. На самом деле свекровь продала свою двухкомнатную квартиру, уверяя всех, что собирается «очень выгодно вложить деньги». Куда именно ушла сумма, Анастасия так и не выяснила. Ирина Сергеевна отвечала уклончиво, упоминала какой-то перспективный проект, который вот-вот должен был принести прибыль. Только этот проект, похоже, исчез вместе с деньгами, растворившись без следа, как сахар в кипятке.
После этого свекровь переехала к ним. Разумеется, временно. Она клятвенно обещала, что всего на пару месяцев — пока уладит вопрос с жильём.
Но несколько месяцев незаметно растянулись на три года.
За это время Ирина Сергеевна медленно, почти незаметно, шаг за шагом переделала быт в квартире Анастасии под себя. Сначала она переставила мебель на кухне, объяснив, что «так гораздо удобнее». Затем заменила шторы в комнате, потому что прежние, по её мнению, выглядели «слишком простенько». Потом начала вмешиваться в то, что Анастасия готовит, и придирчиво следить за тем, как она поддерживает порядок в доме.