Анатолий Павлович давно уже подмечал: между двумя молодыми людьми возникло не просто приятное знакомство, а тёплая, почти семейная доверительность. Виктория оставалась прежней — живой, открытой, порой до смешного забывающей о правилах приличия. Она могла вдруг расхохотаться громче, чем следовало, первой броситься в спор, горячо отстаивая своё мнение, а потом спохватиться, что перед ней всё-таки молодой мужчина, и на короткое время превращалась в почти образцовую барышню — сдержанную, чинную, даже немного строгую.
Денис, наоборот, держался куда серьёзнее. Но именно эта его сдержанность чаще всего и выдавала то, что он старался скрыть. Едва Виктория появлялась в комнате, он словно внутренне собирался, становился внимательнее, мягче, будто всё вокруг сразу приобретало для него больший смысл. А когда она уходила, его взгляд сам собой тянулся вслед за ней и провожал до самой двери.
О любви они ещё не заговаривали. Быть может, оба страшились произнести это слово вслух, чтобы не разрушить хрупкое равновесие. Но между ними уже протянулась невидимая золотистая нить — тонкая, почти неуловимая, и всё же такая прочная, что разорвать её было бы нелегко.
После обеда они ещё оставались в столовой и не успели разойтись, когда в дверях бесшумно возник слуга. На подносе у него лежал конверт.
— Денису Олеговичу.
Денис с удивлением поднял глаза. Письма в Кременчуг приходили ему не так уж часто. Он взял конверт, взглянул на знакомый почерк и сразу произнёс:
— От батюшки.
Виктория Юрьевна, которая только что собиралась обратиться с каким-то замечанием к Елене Николаевне, умолкла на полуслове. Анатолий Павлович продолжал неторопливо складывать салфетку, делая вид, будто письмо его совсем не касается, однако и он ждал объяснений. За то время, что Денис провёл в Кременчуге, он настолько естественно вошёл в их обычный распорядок, что весть из родительского дома вдруг напомнила всем: он здесь не свой навсегда, а лишь гость.
Денис быстро пробежал письмо глазами, затем нахмурился и перечитал уже медленнее, внимательнее. Когда он наконец поднял голову, то увидел, что Виктория смотрит на него прямо, не скрывая тревоги. Анатолий Павлович, хотя и притворялся занятым своими мыслями, тоже явно ожидал, что молодой человек скажет.
— Батюшка просит меня на несколько дней приехать домой, — сообщил Денис. — Пишет, что матушка очень соскучилась и уверена: я в Кременчуге совсем пропал.
— Когда вам нужно уезжать? — спросила Виктория так поспешно, что сама же услышала в своём голосе лишнее волнение.
Анатолий Павлович едва заметно усмехнулся. Денис посмотрел на неё и после короткой паузы ответил.