Следом связь словно повисла в пустоте.
— Мам, мы уже подарили тебе робот-пылесос. На этом наш праздничный лимит закончился, — спокойно, но очень жёстко произнёс Андрей. — Хочешь банкет — оплачивай его сама.
— Да где я возьму такие деньги?! — почти завыла Татьяна Сергеевна.
— Значит, верните рыбу обратно на витрину, — с самой ласковой интонацией посоветовала я. — Купите минтая. В кляре он, между прочим, тоже получается отличный. А на карточке осталось как раз около трёхсот сорока гривен — лук с морковкой точно потянете.
В ответ послышался резкий щелчок: свекровь оборвала разговор.
Конечно, ресторан ей оплачивать тоже оказалось нечем. Задаток пропал, договорённость сорвалась, и торжество в авральном порядке перенесли на дачу.
Так что вместо нарядного зала с белыми скатертями гостей встретила старая веранда. Вместо блеска бокалов и хрусталя — тусклые лампочки под потолком. На столе стояли салат с крабовыми палочками, селёдка под шубой и банки прошлогодних маринованных огурцов. Осетрины, разумеется, не было и близко.
Мы с Андреем приехали ровно к назначенному времени, вручили Татьяне Сергеевне большую коробку с тем самым пылесосом и заняли места за столом. Свекровь восседала во главе застолья в своём старом платье: гордая Юлия, как выяснилось, денег на новый наряд ей так и не дала.
Я взяла огурец, с хрустом откусила и во весь голос сказала:
— Какая у вас душевная обстановка, Татьяна Сергеевна! Прямо домашнее тепло. Только я не поняла: а где же обещанная рыба? Тётя Галина из Полтавы, между прочим, с утра специально ничего не ела, место берегла.
За столом мгновенно стало тихо. Татьяна Сергеевна покраснела так, будто её окунули в томатный сок.
— Осетрина сейчас вообще неактуальна, — процедила она сквозь зубы. — В такую жару это тяжёлая еда. У нас сегодня лёгкое, почти диетическое меню.
— Надо же, — разочарованно протянула тётя Галина. — А я думала, погуляем по-настоящему.
Я чуть наклонилась к свекрови и негромко произнесла:
— Татьяна Сергеевна, верните, пожалуйста, мою карту. Мне завтра коммунальные платить.
Она застыла, потом дрожащими пальцами полезла в сумку, достала чёрную пластиковую карточку и швырнула её на стол рядом с моей тарелкой.
— На, забирай! Всё равно от неё никакой пользы!
— Вы ошибаетесь, мама, — улыбнулась я, спокойно убирая карту в кошелёк. — Польза огромная. Эта маленькая карточка прекрасно показала всем нам: чужие деньги тоже имеют свойство заканчиваться.
После того дня Татьяна Сергеевна больше ни разу не просила у меня денег. Вообще никогда. А ту самую «статусную» рыбу я теперь готовлю сама — только для Андрея, только по праздникам и исключительно за свой счёт. Потому что чужой кошелёк к хорошему застолью не прилагается.