— Для начала выслушай нас спокойно, а уже потом вздыхай, причитай и хватайся за сердце, — невестка с неприятным стуком опустила кружку на кухонный стол, даже не подумав поставить ее на керамическую подставку. — Мы все заранее прикинули до последней мелочи, поэтому устраивать тут бесконечные обсуждения совершенно ни к чему.
Лариса Павловна неторопливо опустила полотенце, которым только что вытирала чистую суповую тарелку. На светлой столешнице, покрытой свежим лаком всего пару месяцев назад, расползся темный влажный след от горячего чая. Валерия сидела напротив хозяйки, положив ногу на ногу, и с деловым видом постукивала длинным ногтем по блестящему экрану телефона. Возле нее, неуклюже сгорбившись на узком кухонном диванчике, устроился Андрей. Сын упорно не поднимал глаз на мать: он будто с огромным интересом разглядывал рисунок линолеума и беспрестанно перебирал в пальцах связку автомобильных ключей.
— И что же такого важного вы успели рассчитать с утра в воскресенье? — ровно спросила Лариса Павловна, аккуратно сложила полотенце вчетверо и повесила его на рейлинг возле плиты. — Насколько я помню, никакого семейного совета на сегодня не назначалось. Вы собирались просто заехать на чай перед магазинами.
— На пустые посиделки у нас сейчас времени нет, — резко бросила Валерия, обвела взглядом маленькую, но идеально вымытую кухню и чуть скривила губы. — Через четыре дня у нас заканчивается договор аренды. Продлевать его мы не будем. Отдавать какому-то чужому человеку по восемнадцать тысяч гривен каждый месяц — это уже полный абсурд. Мы с Андреем решили: пора всерьез собирать деньги на первый взнос за свое жилье.
— Решение здравое, — кивнула Лариса Павловна и опустилась на свободный табурет у подоконника. — Молодой семье действительно нужна своя квартира. Если будете откладывать зарплату Валерии, а на доход Андрея жить экономно, то года за три накопите вполне приличную сумму для банка.
— За три года недвижимость снова подорожает неизвестно насколько, — с раздражением перебила ее невестка и демонстративно закатила глаза. — Мы не намерены сидеть сложа руки, ждать чуда и во всем себе отказывать. Поэтому у нас другой вариант. Мы переезжаем в твою однокомнатную квартиру, а ты перебираешься на дачу. Я уже разобрала вещи по коробкам. Сегодня вечером Андрей привезет самое необходимое, а машина с мебелью подъедет в среду утром.
В кухне стало так тихо, что эта тишина почти звенела. Через приоткрытую створку пластикового окна долетали приглушенный гул трамвая и звонкие детские голоса с площадки во дворе. Лариса Павловна медленно перевела взгляд с самодовольного лица Валерии на сына. Андрей покраснел до ушей, но голову по-прежнему не поднял.
— Повтори, пожалуйста, еще раз, Валерия, — негромко сказала хозяйка квартиры, чувствуя, как где-то внутри поднимается холодная и упрямая волна. — Похоже, я неправильно поняла то, что ты сейчас произнесла.
— Да все ты отлично поняла, — ничуть не смутилась невестка и небрежно махнула рукой с ярким браслетом. — Зачем тебе одной тридцать восемь квадратных метров? Чтобы дышать городским воздухом и просиживать время в очередях в поликлинике? На даче у тебя дом из бревна, яблони, малина, вокруг тишина. Ты же каждое лето сама жалуешься, что в городе от духоты невозможно жить. Вот мы и помогаем тебе принять разумное решение. Переедешь за город насовсем, будешь заниматься цветами, ходить по свежему воздуху, здоровье поправишь. А мы тут нормально устроимся, сделаем современный ремонт, наконец избавимся от этого твоего допотопного серванта и спокойно накопим на двухкомнатную.
Лариса Павловна молча втянула воздух. Эта однушка на четвертом этаже кирпичного дома не досталась ей легко и случайно. Она буквально выстрадала ее год за годом. После тяжелого развода, оказавшись с десятилетним сыном на руках в чужом общежитии, она хваталась за любую подработку. Днем трудилась главным бухгалтером на районной автобазе, по ночам сводила отчеты для мелких предпринимателей, отказывала себе в новом пальто, носила старые сапоги до последнего, считала каждую гривну и десять долгих лет выплачивала ипотеку. Эти светлые обои она выбирала сама. Плитку в ванной клеила собственными руками. Кухню с высокими шкафами до самого потолка заказывала после нескольких месяцев экономии и бессонных расчетов.
— Андрей, — обратилась она к сыну, словно не слыша нагловатого тона невестки. — А ты что можешь сказать? Ты тоже считаешь, что твоей матери самое подходящее место в летнем домике без нормального отопления, да еще в октябре?
Сын дернул плечом, нервно сглотнул и наконец посмотрел на нее. В его глазах смешались стыд, растерянность и та самая привычная избалованность, которую Лариса Павловна когда-то сама в нем вырастила, слишком часто жалея и слишком многое прощая.
— Мам, ну не надо сразу все преувеличивать, — пробормотал Андрей, перекладывая ключи из ладони в ладонь. — Почему это без отопления? Там же печка кирпичная в комнате есть, на веранде масляный обогреватель стоит. Дров я тебе привезу, на первое время пару кубов наколю. Валерия права: нам сейчас нужно экономить любой ценой. Мы ведь кроссовер в кредит взяли, вместе с арендой платежи тяжело тянуть. А ты почти на пенсии, работа у тебя не такая уж жесткая, отчеты можно и из дома делать.
— У меня вовсе не свободный график, Андрей, — твердо произнесла Лариса Павловна, впервые за весь разговор глядя на сына без мягкости и уступчивости.