что в местном магазине, мол, выбор оказался совсем скудный: кроме замороженных куриц, ничего подходящего не нашлось. При этом Артём то и дело бросал быстрые взгляды в окно, где Владимир уже успел вскрыть первую банку пива и устроиться так, будто приехал на оплаченный курорт.
— Ясно, — Анастасия медленно выпрямилась. — А расплачивался за всё это кто?
Артём замялся и отвёл глаза в сторону.
— Ну… я. У Владимира карту почему-то терминал не принял, а наличных при себе не оказалось. Он потом отдаст…
— Потом не считается, — коротко оборвала его Анастасия. — Понятно.
Остаток дня потянулся вязко и неприятно, словно густой сироп, из которого невозможно выбраться. Анастасия занималась курицей, резала лук, чистила морковь, то подходила к плите, то возвращалась к столу. Гости тем временем наслаждались загородным отдыхом. Кирилл развалился на траве и загорал, включив на телефоне однообразную громкую музыку, от которой у Анастасии начинало стучать в висках. Владимир вместе с Артёмом копался у сарая со старым велосипедом, решив, что его непременно надо «оживить». Екатерина же неспешно ходила по участку и комментировала всё подряд.
— Анастасия, вот здесь у тебя цветник как-то неудачно сделан, — рассуждала она, останавливаясь возле клумбы. — Сюда бы пионы посадить, они солиднее смотрятся. А эти ромашки простят весь вид. И теплицу вы зря сюда поставили: от забора тень падает, урожая нормального не будет.
К обеду Анастасия поставила на стол большую кастрюлю супа, сваренного из куриных спинок, и миску макарон с сосисками. Все уселись есть.
— Ну такое… жидковато, — протянул Владимир, водя ложкой по тарелке. — Ты не обижайся, Анастасия, но суп совсем пустой. Вот сюда бы копчёного мяса, оливок, лимончик — нормальную солянку сделать. Мужикам нужна еда посерьёзнее, погуще, с наваром.
Анастасия положила ложку рядом с тарелкой и посмотрела на него спокойно.
— Так в чём проблема, Владимир? Съездили бы в город, купили копчёности, привезли, приготовили. Я бы тоже с удовольствием попробовала вашу солянку.
За столом сразу стало тихо. Даже Кирилл на секунду перестал жевать. Екатерина демонстративно кашлянула и поджала губы.
— Анастасия, ну зачем ты так? — сказала она с укором. — Мы же не чужие люди, мы к родне приехали. У Владимира работа тяжёлая, он хотя бы в выходные хочет выдохнуть. А готовка — это всё-таки женское дело. Ты ведь и так дома готовишь. Какая тебе разница — на двоих или на пятерых?
— Разница есть, и очень большая, Екатерина, — Анастасия впервые за день посмотрела золовке прямо в глаза. — Я всю неделю сижу за цифрами и отчётами. К пятнице у меня глаза болят от экрана, а голова гудит так, что хочется тишины. Сюда я приехала отдыхать. А вместо отдыха уже вторые сутки изображаю бесплатную кухарку, посудомойку и горничную для людей, которые приехали без продуктов, без предупреждения и при этом только командуют.
— Вот это да! — Екатерина вспыхнула и с силой бросила ложку на стол. — Мы к родному брату приехали, между прочим! А ты нас теперь куском хлеба попрекаешь?
— Тем самым куском хлеба, за который заплатил мой муж, потому что у вас совершенно случайно не сработала карта, — ровным голосом ответила Анастасия. — И тем мясом, которое было куплено для нас с Артёмом, а не для внезапного застолья.
— Артём! — возмутился Владимир, разворачиваясь к нему. — Ты чего сидишь как немой? Твоя жена сейчас оскорбляет мою семью! Мы к вам по-доброму приехали, с открытой душой, а нас тут вот так встречают!
Артём втянул голову в плечи. Споры он терпеть не мог и всегда старался переждать бурю где-нибудь в стороне.
— Анастасия, ну правда, зачем обострять? — пробормотал он. — Приехали они, ну и что теперь? Всё же свои. Давайте без скандала. Они завтра вечером уедут, потерпи немного.
Анастасия медленно обвела взглядом сидящих за столом. Екатерина пылала от злости, на щеках у неё выступили красные пятна. Владимир хмурился, будто его несправедливо обидели. Кирилл снова жевал, совершенно не интересуясь происходящим, лишь бы еда не заканчивалась. И Артём — её муж, который выбрал самое удобное слово: «потерпи». Лишь бы не вступаться, не обозначать границы, не сказать родным, что они ведут себя нагло.
В этот момент внутри у Анастасии будто что-то тихо щёлкнуло. Не взорвалось, не сорвалось криком, а именно щёлкнуло — как выключатель. Натянутая до предела струна наконец лопнула, и вместе с этим исчезли раздражение, усталость, желание что-то объяснять. На их месте появилось холодное, почти прозрачное спокойствие.
Она молча поднялась из-за стола, вышла с веранды и направилась на второй этаж. В спальне достала из шкафа небольшую дорожную сумку. Без суеты положила туда спортивный костюм, косметичку, зарядку от телефона, ещё пару необходимых мелочей. На сборы ушло не больше десяти минут.
Потом Анастасия спустилась обратно. В прихожей она сняла дачные кроссовки и переобулась в городские туфли. Со столика возле двери взяла ключи от своей машины. Они с Артёмом часто ездили на дачу на двух автомобилях: у Анастасии рабочий день по пятницам заканчивался раньше, и она приезжала первой.
Когда она вышла на крыльцо, вся компания уже переместилась в беседку. Разговоры стихли сразу, как только они увидели её с сумкой в руке.
— Анастасия, ты куда? — Артём вскочил со скамейки, заметно побледнев.
— Домой, в город, — отчётливо произнесла она, достаточно громко, чтобы услышали все.
— В смысле — в город? А как же мы? — искренне изумилась Екатерина.
— А вы оставайтесь, — спокойно сказала Анастасия. — Вы ведь приехали отдыхать. Вот и отдыхайте. Дом открыт, беседка свободна. Газон не подстрижен, грядки не политы, на кухне полная раковина грязной посуды. В холодильнике лежат дешёвая курица и сосиски — как раз то, что вы привезли и, судя по всему, любите. Варите себе солянку, готовьте плов, закаляйте Кирилла свежим воздухом.
— Ты вообще в своём уме? — взвизгнула Екатерина. — Оставить гостей посреди выходных? Да это хамство какое-то!
— Хамство, Екатерина, — Анастасия подошла к калитке и нажала кнопку замка, — это явиться в чужой дом без приглашения, без нормальных продуктов, съесть то, что покупалось не для вас, а потом ещё объяснять хозяйке, какие цветы ей сажать и какую еду подавать. Я приехала сюда отдыхать. И я отдохну. Просто не здесь.
Артём подбежал следом и схватил её за локоть.
— Анастасия, не выставляй меня дураком, — быстро зашептал он. — Вернись в дом. Что они теперь обо мне подумают? Как я тут один с ними останусь?
Она осторожно, но твёрдо убрала его пальцы со своей руки.
— Это твоя сестра, Артём. Твой племянник. Ты сам сказал — свои люди. Вот и устраивайте себе семейные выходные.