— И не забудьте после себя привести кухню в порядок. Посуду мойте кипятком из чайника: бойлер я отключила.
С этими словами Анастасия вышла за калитку, направилась к своей серебристой иномарке, села за руль и повернула ключ. В зеркале заднего вида она успела заметить Артёма: он растерянно застыл у забора, не зная, то ли идти за ней, то ли возвращаться в дом. А Екатерина уже что-то выкрикивала ему, сердито размахивая руками.
До города она добралась чуть больше чем за час. В субботу днём встречная дорога оказалась почти свободной, поэтому ехать было легко. В салоне негромко играла спокойная инструментальная музыка, приоткрытое окно впускало тёплый воздух, ветер перебирал волосы. Анастасия давно не чувствовала такого облегчения. Будто вместе с дачным пыльным воздухом позади остались чужие претензии, капризы и вечное «ты же хозяйка».
Квартира встретила её прохладой и тишиной. Никакого запаха подгоревшего масла, никаких просьб срочно испечь блинчики, никаких очередей в собственный туалет. Анастасия оставила сумку в прихожей, прошла в ванную и включила воду. Она наполнила ванну почти до краёв, добавила любимую лавандовую пену и с наслаждением опустилась в горячую воду.
Телефон, лежавший на тумбочке, завибрировал. Звонил Артём. Анастасия посмотрела на экран и спокойно отвернулась. Отвечать она не стала. Через несколько минут пришло длинное сообщение от Екатерины: «Ты просто ненормальная истеричка! Мы к вам с открытой душой приехали, а ты всю семью унизила! Больше нашей ноги на вашей дурацкой даче не будет! Владимир вообще в шоке!»
Прочитав это, Анастасия невольно улыбнулась и одним движением убрала уведомление с экрана. Лучшего исхода она и представить не могла. Вопрос, похоже, решил сам себя.
К вечеру она заказала большой набор суши и бутылку хорошего белого вина. Курьер приехал минут через сорок. Анастасия устроилась на широком кухонном подоконнике, ела свежие роллы, смотрела на огни вечернего города и наслаждалась редким, почти забытым чувством полного покоя.
Артём вернулся только в воскресенье вечером. Дверь он открыл тихо, будто боялся лишний раз напомнить о своём появлении. Поставил сумки в коридоре и прошёл на кухню. Вид у него был измученный: помятая футболка, усталое лицо, тени под глазами.
Анастасия сидела за столом с книгой. Она подняла взгляд.
— Привет. Ну что, как провели семейные выходные?
Артём тяжело опустился на стул напротив и провёл ладонью по лицу.
— Даже не спрашивай. Это был какой-то кошмар наяву.
— Правда? — Анастасия закрыла книгу, изобразив неподдельное удивление. — А что не так? Свои же люди.
Он безнадёжно махнул рукой.
— Сначала Екатерина закатила сцену из-за того, что ты уехала. Потом Владимир заявил, что макароны с сосисками он есть не станет, и велел мне жарить ему курицу на мангале. Я полдня возился с углями. Кирилл ходил за мной хвостом и ныл, что у него аллергия на комаров, требовал фумигатор, а пластинки у нас закончились. Потом они выдули всё пиво и решили познакомиться с соседями. Владимир поссорился с мужиком через участок, потому что тот, видите ли, слишком громко включил радио. Ещё немного — и они бы подрались. Я их еле растащил.
Анастасия слушала молча, не перебивая.
— А уехали они когда? — спросила она, когда Артём замолчал.
— Сегодня после обеда. Екатерина напоследок сказала, что больше туда ни ногой. Что мы жадные, невоспитанные и совершенно не умеем принимать гостей. Ещё пообещала всё рассказать матери.
— Посуду за собой хоть помыли? — ровным голосом уточнила Анастасия.
Артём виновато опустил глаза.
— Нет. Екатерина сказала, что испортит маникюр, а посудомоечной машины у нас нет. Пришлось мне самому. Холодной водой, потому что я так и не вспомнил, как включается бойлер. Анастасия… я после них два мешка мусора вывез.
Он посмотрел на неё с таким видом, будто его сутки держали на тяжёлых работах.
— Прости меня, ладно? Я правда не думал, что они настолько… ну… такие.
— Такие, какими были всегда? — Анастасия скрестила руки на груди. — Артём, они никогда другими и не были. Просто раньше всё это обслуживала я, а ты предпочитал не замечать. Тебе было удобно оставаться радушным братом за мой счёт. За счёт моего времени, моих сил, моих нервов и моих часов у плиты.
Артём молчал. Возразить ему было нечего.
— В этот раз ты побыл гостеприимным родственником сам, без моей помощи, — продолжила она спокойнее. — Надеюсь, впечатления запомнятся надолго.
— Больше никаких гостей без твоего согласия, — твёрдо произнёс он. — Обещаю. Если кто-то захочет приехать, сначала мы это обсуждаем. И каждый везёт еду на себя, а не приезжает с пустыми руками. Я всё понял, Анастасия. Честно. За эти сутки я устал так, будто вагон угля разгружал.
Она кивнула. Анастасия знала: если Артёма как следует проучить, слово он обычно держал. Этот урок обошёлся ей всего лишь в испорченный пятничный вечер, зато результат был очевиден.
— Иди в душ, несчастный дачник, — сказала она уже мягче. — В холодильнике есть нормальные домашние котлеты. Днём накрутила. Выйдешь — разогрей себе.
Спустя неделю снова наступила пятница. Вечером они опять приехали на дачу. Анастасия открыла калитку и вдохнула запах свежескошенной травы. На веранде было чисто, в холодильнике лежали продукты только для них двоих, без расчёта на внезапную армию голодных родственников.
Весь вечер они провели в шезлонгах: пили чай с мятой, разговаривали вполголоса и смотрели, как над садом загораются звёзды. Телефон Артёма зазвонил всего один раз. На экране высветилось имя Екатерины. Он взглянул на дисплей, нажал сброс и сразу перевёл телефон в беззвучный режим.
— Кто это был? — спросила Анастасия, делая глоток чая.
Артём улыбнулся и положил руку ей на плечо.
— Да так, какой-то спам. Ничего важного.
И тогда Анастасия окончательно поняла: эти выходные точно будут такими, какими она их и представляла.