— Андрюша, что у тебя там стряслось?
— Мам, у тебя лежат деньги Дарьи?
— Какие ещё деньги?
— Те, что я тебе отправлял всё лето.
— Ну разумеется, у меня.
— Все до последней гривны?
На линии возникла пауза. Совсем короткая, почти незаметная. Но Татьяна уловила её сразу.
— А куда бы они делись? — наконец произнесла Лариса Павловна.
— Мам, какая сумма сейчас на счёте?
— Я, по-твоему, должна среди ночи вклады проверять?
Татьяна машинально взглянула на часы. Было только половина девятого.
— Не среди ночи, — сдержанно сказал Андрей.
— Для меня это уже поздний вечер.
— Открой приложение и посмотри.
— Андрей, что с тобой происходит?
Голос он повысил едва заметно, но в кухне это прозвучало резко:
— Мам, просто скажи, сколько там осталось.
Лариса Павловна сразу обиделась. Даже через динамик было понятно, как она выпрямилась и поджала губы.
— Что это за допрос такой? Я деньги для твоего ребёнка берегу, а теперь ещё перед вами отчитываться должна?
Татьяна не выдержала и вмешалась:
— Лариса Павловна, назовите, пожалуйста, остаток. Только и всего.
— А, так ты тоже рядом сидишь?
— Да, я здесь.
— Ну теперь всё понятно.
— И что именно вам понятно? — спокойно уточнила Татьяна.
— Ничего. Обсуждаете семейные вопросы, как я вижу.
Татьяна посмотрела на Андрея. Тот понял её взгляд без слов.
— Мам. Остаток.
Свекровь назвала сумму.
Андрей резко изменился в лице.
— Подожди. Я не понял.
— Чего ты не понял?
— Я перевёл тебе значительно больше.
— И что?
— Где разница?
Лариса Павловна начала объяснять. Сначала сбивчиво, перескакивая с одного на другое, будто сама на ходу собирала версию. Потом её голос стал твёрже.
В июле, оказывается, у неё сломался холодильник. Старый чинить уже не имело смысла. Новый стоил прилично, а деньги, как она выразилась, всё равно лежали без движения.
— Они не лежали без движения, — глухо сказал Андрей.
— А что с ними случилось? Я же не у чужих людей взяла.
Потом всплыли зубы. Имплант, лечение соседнего зуба, снимки, лекарства, какие-то дополнительные процедуры.
— Я всё верну, — раздражённо заявила Лариса Павловна. — Что вы оба устроили? Я пенсию получаю, буду понемногу докладывать обратно.
Андрей поднялся из-за стола.
— Ты взяла деньги Дарьи?
— Господи, снова началось: «деньги Дарьи». Я ей бабушка или посторонняя женщина?
— Именно поэтому ты обязана была хотя бы спросить.
— У кого? У тебя? Я тебя вырастила, между прочим. И теперь ты будешь разрешать мне купить холодильник?
Татьяна заметила, как у Андрея покраснели уши.
— Мам, это были не только мои деньги.
— А чьи же ещё?
— Елена переводила на Дарью.
На том конце провода наступила тишина.
— Это твоя бывшая?
— Да.
— Она ребёнка тебе оставила, могла бы и больше помогать.
— Она помогает нормально.
— Ну вот и прекрасно.
— Нет, мам. Ничего прекрасного.
— Андрей, ты сейчас из-за Татьяны всё это говоришь?
Татьяна коротко усмехнулась. Эту реплику она ждала с самого начала разговора.
Андрей, кажется, тоже понял, куда мать пытается свернуть.
— Татьяна здесь вообще ни при чём.
— Конечно. До её появления тебя всё устраивало.
— До её появления я просто не считал.
— Вот именно! Жили как люди, а теперь сидите и каждую копейку высчитываете.
— Мам, сколько стоил холодильник?
— Какая теперь разница?
— Сколько?
— Двадцать девять тысяч гривен.
Андрей медленно опустился обратно на стул.
— Двадцать девять тысяч?
— Нормальный холодильник. Я не собираюсь каждые несколько лет покупать новый.
— А зубы?
— Здоровье мне теперь тоже нельзя лечить?
— Можно. На свои деньги.
Лариса Павловна обиделась уже по-настоящему.
— Всё ясно. Вот и вырастила сына.
— Мам, не начинай.
— Нет, почему же? Всё правильно. Когда помощь была нужна, мама была хорошая. А как холодильник купила — сразу преступница.
Татьяна была почти уверена, что сейчас Андрей отступит. Обычно именно на этом месте он начинал сглаживать углы, утешать мать, оправдываться и переводить разговор в более мягкое русло.
Но в этот раз он посмотрел на лист с перечнем расходов, где отдельно были записаны кроссовки, и вдруг сказал:
— Мам, Дарье нужна куртка.
— Так купи.
— За какие деньги?
— Ты работаешь.
— Я работаю. И деньги я отправлял тебе. Елена тоже работает и перечисляла деньги мне. Татьяна работает и уже несколько месяцев фактически тянет на себе наши ежедневные расходы. А теперь Дарье нужна куртка, и я собирался снова попросить Татьяну оплатить её. Ты понимаешь, как это выглядит?
Лариса Павловна не ответила.
И именно в этот момент на кухню вошла Дарья.
Она остановилась в дверях — в домашних шортах и широкой серой футболке, чуть сонная, но явно всё слышавшая.
— Можно?
Все трое взрослых одновременно повернулись к ней.
— Даш, иди к себе, — сразу сказал Андрей.
— Я всё слышала.
— Всё равно иди.
— Пап, почему?
Он провёл ладонью по лицу.
— Потому что это разговор взрослых.
— Про мои деньги?
Возразить на это было нечем.
Дарья прошла ближе к столу.
— Какие накопления?
Андрей посмотрел на Татьяну так, словно она могла подсказать ему правильную фразу.
Татьяна молчала.
— Я откладывал тебе деньги, — наконец сказал он.
— Куда?
— Бабушке.
— А почему бабушке?
— Чтобы самому не потратить.
Дарья несколько секунд обдумывала услышанное.
— И бабушка потратила?
Татьяна отвернулась к окну. Удержаться от смеха оказалось неожиданно трудно.
Андрей тяжело выдохнул.
— Часть.
— На холодильник?
Из телефона донёсся голос Ларисы Павловны:
— Дашенька, не слушай ты их. Никто у тебя ничего не украл.
Девочка посмотрела на телефон, лежавший на столе.
— Бабушка, я вообще не знала, что у меня есть какие-то деньги.
— Вот видите! Ребёнок даже не волнуется.
Татьяна прикрыла рот ладонью.
Андрей выключил громкую связь.
— Мам, я завтра приеду. Тогда и поговорим.
— Я тебе уже всё сказала.
— Хорошо. Завтра.
Он сбросил вызов.
Дарья села на свободный стул.
— Так список из-за этого?
— Из-за этого, — ответил Андрей.
Она перевела взгляд на Татьяну.
— Я правда не знала.
— Даш, я понимаю.
— Папа сказал написать тебе суммы. Я поэтому и написала. И про кешбэк тоже он сказал.
— К тебе у меня никаких претензий нет.
Дарья помолчала.
— Тогда кроссовки не покупать?
— Покупать, — сказал Андрей.
— Кто купит?
Татьяна посмотрела на мужа.
— Папа.
Дарья кивнула.
— Хорошо.
Она уже поднялась, но Татьяна остановила её вопросом:
— Даш, а английский тебе самой нужен?
Девочка замерла.
— Не знаю.
— В каком смысле?
— Папа сказал, что нужен репетитор.
Андрей снова закрыл глаза.
— Какая у тебя оценка по английскому?
— Четвёрка.
— Тогда зачем репетитор?
— Потому что папа сказал, что в девятом классе всё становится серьёзно.
Татьяна повернулась к Андрею.
— Андрей, может, сначала узнаем, какие предметы она вообще сдаёт?
— Английский я не сдаю, — спокойно сообщила Дарья. — У меня обществознание и информатика.
— Прекрасно, — сказала Татьяна. — Минус две тысячи шестьсот гривен.
Андрей посмотрел на дочь.
— А почему ты сразу мне не сказала?
— Ты не спрашивал.
После этого Дарья ушла к себе.
Андрей ещё долго сидел за кухонным столом. Лист со списком лежал перед ним, телефон рядом, а сам он смотрел куда-то мимо всего этого.
— Я идиот? — наконец спросил он.
Татьяна налила себе воды.
— Прямо сегодня отвечать?
— Лучше сегодня.
— Ты не идиот. Но последние месяцы ты очень упорно избегал самых простых вопросов.
— Я хотел сделать правильно.
— Я знаю.
— Хотел, чтобы у неё потом были деньги.
— Это тоже понятно.
— Мать говорила: сейчас всё дорого, а дальше будет ещё дороже. Выпускной, поступление, подготовка…
— Андрей, сама идея копить для ребёнка нормальная.
— Тогда в чём я ошибся?
Татьяна поставила стакан на стол.
— Нельзя откладывать деньги на будущее ребёнка, если из-за этого становится нечем закрывать его настоящее. И тем более нельзя молча перекладывать эти расходы на другого человека.
Он кивнул.
Впервые за весь вечер — без спора.
На следующий день Андрей действительно поехал к матери.
Вернулся он поздно. Татьяна не стала встречать его у двери вопросами. Он сам прошёл на кухню, положил телефон на стол и сказал:
— Забрал.
— Всё?
— Всё, что осталось.
— А остальное?
— Будет возвращать.
— Тебе?
— Нет. Я больше не буду хранить эти деньги у неё.
Он открыл банковское приложение и показал перевод.
Сумма была заметная, но всё равно значительно меньше той, которую Андрей отправил за лето.
— Холодильник она в магазин, насколько я понимаю, не понесла, — сказала Татьяна.
— Предлагала мне забрать его себе.
Татьяна посмотрела на мужа.
— Куда именно?
— Сюда.
— Замечательно. Поставим второй холодильник в спальне.
Андрей впервые за два дня засмеялся.
Но до окончательного порядка было ещё далеко.
С Еленой он созвонился вечером. Татьяна специально ушла в комнату. Это были деньги родителей Дарьи, и присутствовать при таком разговоре она не собиралась.
Разговаривали они почти час.
Потом Андрей зашёл к ней.
— Елена в ярости.
— И имеет право.
— Я верну ей её часть.
— Правильное решение.
— Она сказала, что могла бы вообще переводить деньги сразу Дарье.
— Пятнадцатилетнему подростку по десять тысяч гривен каждый месяц?
— Вот и я сказал, что это не самый разумный вариант.
В итоге они с Еленой договорились по-другому: сначала разделили все обязательные траты на постоянные и разовые, а отдельным пунктом вынесли одежду и обувь.