Когда Максим наконец вернулся, Алина не стала устраивать сцену с порога. Она просто молча протянула ему телефон, на экране которого было открыто то самое СМС. Муж едва взглянул на сообщение — и тут же залился густой краской, отвёл глаза куда-то к полу и принялся беспокойно переступать с ноги на ногу. По его виду стало ясно: о случившемся он знал куда больше, чем хотел бы показать.
— Ну… да, мама что-то такое вскользь упоминала, — пробормотал Максим, старательно избегая её взгляда. — Говорила, что они со Светланой собираются оформить покупку… Алин, ну что ты сразу так? Разве это какое-то преступление? Какая, по сути, разница, на чьё имя договор? Мы же теперь семья, всё общее. Техникой ведь мы вместе пользуемся. Ты сама давно говорила, что в гостиной нужен большой телевизор.
— Пользуемся вместе, а деньги каждый месяц должны списывать с моего счёта? — голос Алины стал тихим, почти шепчущим, но от этого звучал ещё опаснее. Она из последних сил удерживала себя от крика. — Твоя мать и твоя сестра воспользовались моей доверчивостью, подсунули мне бумаги и повесили на меня чужой долг. А ты сейчас всерьёз пытаешься убедить меня, что всё нормально?
— Только не надо начинать эти твои истерики из-за ерунды! — резко вспыхнул Максим и со злостью бросил ключи на полку у двери. Он мгновенно занял привычную позицию защиты своей родни. — Мама хотела как лучше. Для нас, между прочим. Для нашего дома. У неё сейчас нет возможности сразу отдать всю сумму наличными, а у тебя нормальная официальная зарплата и отличная кредитная история. Тебе бы банк без вопросов всё одобрил, ещё и под хороший процент.
Именно это — спокойное, будничное «тебе бы одобрил» — ударило по Алине сильнее любого крика. Внутри будто что-то щёлкнуло. Жгучая обида в один миг сменилась холодной ясностью. Она посмотрела на мужа и вдруг отчетливо поняла: рядом с ней все эти три года жил не партнёр и не защитник, а чужой, незрелый человек, для которого желания матери всегда будут важнее её спокойствия, безопасности и достоинства.
Наутро Алина без колебаний взяла на работе отгул за свой счёт. Первым делом она поехала в тот самый магазин электроники, где была оформлена покупка, и устроила в кредитном отделе такой разбор, что менеджер очень быстро перестала изображать уверенность. Уже через полчаса Алине выдали заверенные копии всех документов. На каждом листе красовались её неровные подписи — те самые, поставленные второпях в полутёмной прихожей, когда она ещё не понимала, что именно ей подсовывают.
Внимательно изучив договор, Алина обнаружила ещё одну мерзкую деталь. В графе контактного номера Ольга Сергеевна указала не её телефон, а номер Светланы. Сделано это было явно не случайно: чтобы во время оформления рассрочки СМС с кодом подтверждения пришло не Алине, а дочери свекрови, и настоящая владелица документов не успела ничего заподозрить.
Из магазина Алина направилась прямо в центральное отделение банка. Там она написала официальное заявление о спорной операции с признаками мошенничества и отдельно потребовала провести независимую почерковедческую экспертизу. Получив на руки копию обращения с печатью и входящим номером, она вышла на улицу, набрала Ольгу Сергеевну и совершенно ровным, ледяным голосом пригласила её вместе со Светланой вечером прийти на серьёзный семейный разговор.