— Поставьте мою фамилию первой в публикации, Марина, — почти ласково произнёс Руденко. — Иначе я не подпишу допуск к защите, а в следующем семестре найду вам такую нагрузку, что об аспирантуре вы уже не вспомните.
Андрей Павлович Руденко стоял на пороге тесной лаборатории на третьем этаже университетского корпуса. На нём был тёмный пиджак, голос звучал спокойно, даже мягко, словно речь шла не об угрозе, а о приглашении на чай. Ему было тридцать восемь: кандидат наук, доцент кафедры прикладной математики, ухоженная короткая борода, стильные очки в тонкой оправе. За окном серела дождливая среда, часы показывали около пяти вечера. Под столами глухо шумели системные блоки, а стены были завешаны распечатками графиков.
Марина Жукова, двадцатидвухлетняя магистрантка, медленно оторвалась от монитора. Тонкая, в сером свитере с подвёрнутыми рукавами, с тёмными волосами, наскоро стянутыми в растрёпанный пучок, она выглядела так, как выглядят люди, которые уже неделю спят не больше четырёх часов в сутки. На экране перед ней светились фрагменты кода и таблицы с результатами расчётов. Рядом лежала толстая тетрадь, исписанная плотным мелким почерком.
— Андрей Павлович, — осторожно спросила она после паузы. — Вы сейчас серьёзно?
— Я говорю о нашей статье. Вы же понимаете: научный руководитель обычно указывается первым автором. Так принято.
— Если он действительно участвовал в исследовании.
— Я участвовал, — без запинки ответил он. — Я задавал направление.
— Тему вы дали в сентябре, — ровно напомнила Марина. — Сам метод я придумала в январе. Вот записи, все с датами. Алгоритм написала ночью в марте. А результаты вы впервые посмотрели только в мае.
— Марина, не надо превращать это в личную обиду. — Руденко вошёл внутрь и прикрыл за собой дверь. — Я ведь не пытаюсь присвоить вашу работу. Просто есть порядок. Вы будете вторым автором, и для вашего списка публикаций это тоже вполне достойно.
— Вторым автором в исследовании, которое я сделала сама.
— В исследовании, выполненном под моим руководством.
— Скорее под вашей подписью.
Лицо Руденко на мгновение исказилось недовольством.
— Не раздувайте драму, — сказал он уже суше. — Вам нужна защита, мне нужна статья. Наши интересы совпадают. Зачем создавать проблемы там, где их можно избежать?
— А если я не соглашусь?
Он выдержал короткую паузу, затем снова заговорил мягко, почти сочувственно:
— Тогда допуска к защите не будет. А в следующем семестре вместо научной работы вы займётесь проверкой лабораторных журналов за последние три года. Поверьте, занятие крайне унылое.
Марина не сразу нашла, что ответить. Она смотрела на мигающий курсор на экране, и перед глазами вдруг отчётливо поднялась та самая январская ночь в этой лаборатории.