Потом появились и другие кадры: на одних Мария будто бы случайно столкнулась с врачом, на других просто шла по улице с коляской и чему-то улыбалась. Дмитрий всё сильнее раздражался — не столько из-за самих фотографий, сколько из-за того, что Сергей явно следил за его женой.
Когда они наконец встретились, Дмитрий не стал ходить вокруг да около:
— Сергей, объясни мне, зачем ты выслеживаешь Марию?
Тот даже не попытался смутиться. Наоборот, посмотрел так, будто собирался открыть другу глаза на страшную правду.
— Дмитрий, да как ты не понимаешь? Эти мальчики не твои.
— Тогда чьи, по-твоему? — холодно спросил Дмитрий.
— Откуда я знаю? Может, донорские. Может, вообще от другого мужчины. Но подумай сам: вы годами ничего не могли добиться, а потом вдруг — раз, и всё получилось. Так в жизни не бывает.
— Сергей, прекрати нести чушь.
— Тебе нужен тест. И если ты его не сделаешь, я всё равно буду за ней наблюдать, — упрямо заявил Сергей.
— Но зачем тебе это?
— Я докажу, что она тебя обманывает. Я уверен, что Мария тебе врёт.
Вечером Мария сама заговорила об этом. Она выглядела усталой и встревоженной.
— Дмитрий, ты случайно не знаешь, почему твой приятель постоянно ходит за мной по пятам? Это ты его попросил?
— Я? Нет, конечно. Он сам решил. Пытается убедить меня, что ты…
— Я поняла, — перебила она. — Я думала, он давно успокоился. Оказывается, ошибалась.
Дмитрий насторожился.
— Что значит — успокоился?
Мария помолчала, а потом тихо сказала:
— Он ведь когда-то пытался за мной ухаживать. Давно ещё. Я ему отказала.
— Ты мне этого не говорила, — Дмитрий на мгновение растерялся, но быстро взял себя в руки. — Послушай, Мария, может, нам правда уехать? Я попробую перевестись в другой филиал. Мне кажется, Сергей не даст спокойно жить ни тебе, ни мне.
— Разве что я снова познакомлю его с какой-нибудь женщиной, и он опять женится, — с горькой усмешкой произнесла Мария.
— Подожди… Значит, всё это тянется уже давно? Почему ты молчала?
— Потому что он твой лучший друг.
Дмитрий тяжело выдохнул.
— Понял. Тогда скажи честно: если появится возможность, уедем?
— А тебе не будет жалко всё бросать? — спросила она.
Он пожал плечами.
— Будет. Конечно, будет. Но если что, мы всегда сможем вернуться.
Мария немного подумала и кивнула:
— Хорошо. Я согласна. Давай переедем.
В ту ночь Дмитрий долго не мог заснуть. Он переворачивался с боку на бок, потом осторожно выбрался из постели и ушёл на кухню. В голове крутились одни и те же вопросы. Почему Сергей так вцепился в Марию? Зачем ему нужно выставить её плохой? Неужели всё из-за давнего отказа?
И вдруг он словно услышал мамин голос: «Он тебе просто завидует».
Дмитрий замер. Точно. Мать ведь когда-то была против его дружбы с Сергеем. Он уже не помнил подробностей, не мог восстановить, что именно тогда случилось, но прекрасно помнил её слова. Тогда он не поверил. Продолжил общаться с Сергеем, а мать больше не вмешивалась.
Теперь же перед ним начали всплывать разные эпизоды прошлого. Один за другим. Ситуации, в которых зависть Сергея была очевидной, но Дмитрий предпочитал этого не замечать. Более того, он вдруг понял: друг не раз пытался выставить его в невыгодном свете, просто у него ничего не вышло.
«Выходит, он полез к Марии только потому, что её выбрал я», — с неприятным холодом подумал Дмитрий.
От этой мысли стало тревожно, но одновременно и ясно. Значит, решение уехать было правильным. Нужно только сделать это как можно быстрее.
Он ещё немного посидел на кухне, пока мысли не улеглись, затем вернулся в спальню и лёг рядом с Марией.
Но быстро переехать не удалось. Выяснилось, что во всех филиалах, куда Дмитрий мог бы перевестись, штат уже был полностью набран. Ему оставалось только отправить резюме и официально подтвердить готовность к переезду, если где-то появится место.
Тем временем Сергей перешёл все границы. Он уже не просто присылал фотографии — он откровенно преследовал Марию. Разговоры не помогали. Просьбы тоже. Даже жёсткие требования оставить её в покое не производили никакого впечатления. В конце концов Дмитрий и Мария обратились в полицию, но там лишь развели руками: мол, прямой угрозы нет, доказать состав нарушения сложно.
— Я же не могу всё время сидеть дома, — говорила Мария, почти не скрывая отчаяния. — Детям нужно гулять. Им нужен воздух, движение, нормальная жизнь. А я уже боюсь выходить за порог, потому что каждый раз жду, что рядом снова окажется кто-то, кто будет за мной наблюдать.