— Чёрная, мощная, с полным приводом — настоящий хищник на колёсах! Светлый кожаный салон, панорамная крыша, максимальная комплектация. Когда я сегодня заехал на парковку офиса, у коллег лица перекосило от зависти.
У Оксаны неприятно сжалось внутри. Она слишком хорошо представляла, во сколько обходится автомобиль подобного уровня.
— Олег, но таких денег у тебя не было. Предыдущая машина стоила втрое меньше, и ты её до сих пор не продал. Откуда средства?
Он лишь махнул рукой и направился на кухню, распахнув холодильник так, будто там его ждал праздничный банкет.
— Да перестань причитать. Оформил автокредит. Условия — сказка, отказаться было бы глупо. Платёж, конечно, немаленький, но я руководитель, мне по статусу положен представительский класс. Клиенты оценивают по первому впечатлению. Это не прихоть, а вложение в репутацию. Старую машину сдам по трейд-ин, часть долга перекрою. А остальное спокойно закрою с зарплаты. К тому же вот-вот подпишем крупный контракт с поставщиками оборудования. Премия будет такая, что я за пару лет полностью рассчитаюсь — и даже не замечу.
Оксана опустилась на стул, сцепив пальцы.
— А если сделка сорвётся? Рынок сейчас штормит. Весной у вас уже задерживали бонусы. Ты просчитывал общую нагрузку? У тебя ведь ещё не погашен кредит за домашний кинотеатр и по кредитным картам остатки висят.
Олег резко поставил на стол бутылку минеральной воды — пластик жалобно хрустнул.
— Ты всегда умеешь испортить момент! Почему нельзя просто порадоваться за меня? Я домой праздник принёс, а ты начинаешь бухгалтерию разводить. У меня всё под контролем. Я зарабатываю достаточно, чтобы обслуживать свои обязательства. И вообще, это мои доходы и мои долги. Тебя они не касаются. У нас брачный договор, если помнишь. Так что можешь не переживать — твои накопления никто не тронет.
Она ничего не ответила. Лишь кивнула и принялась разогревать ужин. Спорить с человеком, опьянённым собственной важностью, было бессмысленно.
Первые месяцы Олег буквально сиял. Машину он мыл исключительно на дорогих автомойках, покупал премиальные средства по уходу, подолгу полировал кузов и бесконечно рассказывал друзьям о динамике разгона и проходимости. Однако зима подкралась незаметно: город укутало снегом, ударили морозы — и вместе с ними пришли первые тревожные новости.
Контракт, на который он возлагал столько надежд, сорвался в последний момент. Партнёры нашли более выгодные условия и разорвали предварительные договорённости. Руководство компании бушевало. В отделе продаж отменили все бонусы и квартальные премии. Олег остался на одном окладе — вполне достойном, но совершенно недостаточном, чтобы покрывать его внушительные ежемесячные выплаты банкам.
Домашняя атмосфера стремительно менялась. Олег стал нервным, по ночам ворочался без сна, литрами пил крепкий кофе и срывался на Оксане по пустякам.
Даже обычный поход за продуктами превратился в проблему. Раньше он без колебаний складывал в корзину деликатесы, дорогие сыры, отборное мясо, расплачиваясь кредиткой. Теперь же старался вообще не заходить в супермаркеты.
В один из пятничных вечеров Оксана вернулась с работы и обнаружила почти пустой холодильник.
— Олег, ты не заехал за продуктами? — спросила она, заглянув в гостиную, где он мрачно щёлкал каналы телевизора.
— Не забыл. Просто у меня нет времени шататься по магазинам, — огрызнулся он, не отрывая взгляда от экрана. — У тебя что, руки не работают? Сходи сама.
— Мы договаривались, что в этом месяце продукты оплачиваешь ты. Я уже закрыла коммунальные счета и ремонт стиральной машины, — спокойно напомнила она.
Он вскочил, швырнув пульт на диван.
— Договорённости! Ты хоть раз можешь войти в положение? У меня временные сложности. Банк списал платёж за машину — на карте ноль. До зарплаты ещё две недели. А ты начинаешь с продуктами приставать. Возьми из своих запасов, не обеднеешь. Ты же у нас мастер экономии — вот и прояви талант.
Оксана молча надела пальто и вышла. В магазине она купила только самое необходимое: курицу, крупы, сезонные овощи, яйца и недорогой сыр. Никаких изысков, к которым Олег привык за последние годы.
Субботнее утро началось с недовольства. Он открыл холодильник и замер.
— Оксана, это что? — с явным презрением произнёс он, вертя в руках упаковку обычного сыра. — Это вообще съедобно? А где нормальный кофе? Почему вместо привычного ты взяла этот дешёвый растворимый порошок? Я это пить не собираюсь!
Она спокойно помешивала овсянку.
— Это продукты, Олег. Свежие и вполне пригодные. Я оплатила их из своей зарплаты, которой должно хватить до конца месяца. Мой бюджет не предусматривает премиальный кофе и сыры с плесенью. Если тебе нужны деликатесы — купи их сам.
Он побледнел от злости, пальцы сжались вокруг упаковки.
— Ты издеваешься надо мной! — выкрикнул он, и в его голосе уже звучало не только раздражение, но и отчаяние.